Рош а-Шана 12b — Талмуд с русским переводом

Когда солнце заходит,

ведь хотя вся зелень вырастает в течение одного года, тем не менее

нельзя отделять труму и маасрот от одной из них за счёт другой.

Поскольку нельзя отделять труму и маасрот ни от нового урожая за счёт старого, ни от старого за счёт нового.

А в отношении зелени следуют времени её сбора, а не времени роста, чтобы определить, какая зелень относится к старому урожаю — к предыдущему году, а какая к новому — к нынешнему.

А если

год

второй

по счёту в семилетнем цикле

вступает в третий,

и часть зелени собрали до начала нового года, а часть — после начала нового года, тогда то, что собрано во

втором

[году, до начала нового года], отделяют от него

первый мааср и второй мааср.

А то, что собрано в

третьем

году, отделяют от него

первый мааср и мааср бедняков.

И мы задаём вопрос:

откуда это следует?

Откуда мы знаем, что в третий год отделяют не второй мааср, а мааср бедняков?

Сказал рабби Йеошуа бен Леви:

сказано [Дварим, 26]:

«Когда завершишь отделение всего маасра урожая твоего в третий год —

год маасра».

Почему третий год назван «годом маасра»?

Потому что это

год, когда

действует

только один мааср,

из тех маасров, которые отделяли в предшествующие годы.

Как именно?

Какие маасры действуют в третий год?

Первый мааср —

его дают так же, как давали до сих пор.

И мааср бедняков —

его дают вместо второго маасра.

Как сказано [там]: «Когда завершишь отделение маасра в третий год, год маасра, и отдашь левиту [первый мааср], пришельцу, сироте и вдове [мааср бедняков], и будут есть они в твоих вратах и насыщаться».

А второй мааср,

который отделяют в два предшествующих года,

отменяется

в третий год.

Или

можно сказать, что выражение Писания «год маасра»

не

означает то, что мы объяснили,

а

Писание хочет сказать, что это год, когда действует только мааср бедняков, и

первый мааср также отменяется.

Так сказано бы в Писании: «В третий год, год маасра [бедняков], и отдашь [мааср бедняков] левиту [который также относится к беднякам, поскольку у него нет удела в Земле], пришельцу, сироте и вдове».

Писание говорит,

поэтому сказано [Бемидбар, 18:26]:

«И левитам скажи и объяви им: когда будете брать от сыновей Израиля мааср

[первый],

который Я дал вам от них в качестве вашего удела».

Писание уподобило

первый мааср

уделу.

Тем самым оно учит тебя:

как удел

[так же как удел]

не прерывается,

а навсегда принадлежит своим владельцам,

так и первый мааср не прерывается,

и его отделяют также в третий год.

Также учили в барайте:

в другой барайте сказано: откуда мы учим, что в третий год действует первый мааср, а не второй?

Сказано [Дварим, 26]:

«Когда завершишь отделение маасра,

год маасра» —

год, когда

действует

только один мааср

из маасров двух предшествующих лет.

Как именно?

Какой из маасров действует в третий год?

Первый мааср —

его дают так же, как давали до сих пор.

И мааср бедняков

добавляют вместо второго маасра.

Как сказано [там]: «В третий год, год маасра, и отдашь левиту [первый мааср], пришельцу, сироте и вдове [мааср бедняков], и будут есть они в твоих вратах и насыщаться».

А второй мааср

[который отделяли в два предшествующих года]

отменяется.

Можно было бы

сказать:

первый мааср также отменяется,

и смысл выражения Писания «год маасра» состоит в том, что в этот год действует только мааср бедняков. Так сказано бы в Писании: «И отдашь левиту [который также относится к беднякам, поскольку у него нет удела в Земле], пришельцу, сироте и вдове [мааср бедняков]».

Писание говорит,

поэтому сказано [Дварим, 14:29]:

«И придёт левит».

Этот стих говорит о третьем годе, поскольку там сказано [стих 28]: «По истечении трёх лет». Писание хочет сказать, что

всякий раз, когда

левит

приходит

получить причитающийся ему первый мааср,

отдай ему.

Таковы

слова рабби Йеуды.

Рабби Элиэзер бен Яаков говорит: выражение «и придёт левит»

стих «И придёт левит»

не нужно,

чтобы сообщить нам это.

Ведь он

[Писание]

говорит

[Бемидбар, 18:26]:

«И левитам скажи и объяви им: когда будете брать от сыновей Израиля мааср, который Я дал вам от них в качестве вашего удела» —

Писание уподобило

мааср

уделу.

Тем самым оно учит тебя:

как удел не прерывается,

а навсегда принадлежит своим владельцам,

так и первый мааср не прерывается

в третий год.

Мы учили в Тосефте: первое тишрея — новый год для лет

и для обетов.

Наши учители учили

далее в Тосефте: каким образом первое тишрея является новым годом для обетов?

Тот, кто запрещён обетом получать пользу от своего товарища на год,

то есть человек запретил себе обетом пользоваться чем-либо от своего товарища в течение года,

отсчитывает двенадцать месяцев со дня на день.

А если он сказал,

что запрещает себе получать пользу от своего товарища

«в этот год»,

то

даже

если

не стоял

в момент обета

иначе как двадцать девятого элула,

то, как только наступило первое тишрея, ему засчитался год,

и с этого момента ему разрешено пользоваться чем-либо от своего товарища.

Иными словами, «новый год для обетов» имеет отношение к обету «в этот год»: с первого тишрея начинается другой год.

И мы объясняем: то, что мы учили в Тосефте — если человек дал обет двадцать девятого элула и сказал «в этот год», то с наступлением первого тишрея ему засчитался год, — верно

даже по мнению того, кто говорит

[выше, 10а], что

один день в году не считается годом.

Поскольку в отношении обета оценивают намерение давшего обет:

он принял на себя страдание, чтобы причинить себе огорчение,

то есть его намерением при обете было некоторое время подвергать себя страданию,

и вот он уже пострадал,

ведь он страдал один день и не намеревался запрещать себе больше этого.

И мы возражаем: откуда таннай вывел, что первое тишрея является новым годом для обетов?

А разве не скажешь,

что новым годом для обетов является

нисан?

И мы отвечаем:

в отношении обетов следуют языку людей.

Ведь человек приносит обет только на языке, которым обычно разговаривает. А люди называют первое тишрея новым годом. Поэтому мы говорим, что намерением давшего обет было запретить себе пользоваться чем-либо до первого тишрея.

Мы учили в Тосефте, что первое тишрея является новым годом для зелени, а также для маасров, установленных Торой, в отношении зерна, винограда и оливкового масла.

Тосефта разъяснила, каким образом первое тишрея является новым годом для зелени: зелень, собранная до начала нового года, не получает мааср вместе с зеленью, выросшей после начала нового года. Но относительно маасров, установленных Торой, Тосефта не объяснила, что считается «старым», а что — «новым»: следуют ли времени сбора или чему-либо другому. Теперь Гемара расширяет объяснение этого вопроса:

мы учили там,

в трактате «Маасрот» [1:3]:

пажитник,

относящийся к виду пряностей, становится обязанным маасром

с того времени, когда прорастёт!

А мааср с него отделяют по году, в котором он пророс, а не по времени его сбора.

Зерно

зерновых и виноград,

а также оливки

становятся обязанными маасрами

с того времени, когда достигнут трети

своего роста.

А мааср с них отделяют по году, в котором они достигли трети своего роста.

И мы разъясняем:

что

имеет в виду Мишна, сказавшая: «Пажитник

с того времени, когда прорастёт»? —

с того времени, когда прорастёт для семян,

то есть когда семена прорастут внутри стручков.

Мы учили в Мишне трактата «Маасрот»:

зерно и оливки

становятся обязанными маасрами

с того времени, когда достигнут трети роста,

и мааср с них отделяют по тому году, в котором они достигли трети созревания.

И мы задаём вопрос:

откуда это следует,

что мааср с зерна и оливок отделяют по тому году, в котором они достигли трети роста?

Сказал рав Аси от имени рабби Йоханана, а некоторые передают это

как слова рабби Йоханана,

от имени рабби Йоси а-Глили: Писание говорит

[Дварим, 31:10]:

«По истечении семи лет

[в конце семи лет Шмиты, в начале первого года следующего цикла Шмиты ]

в назначенный срок, в год Шмиты, в праздник Суккот».

Слова Писания требуют объяснения:

«год Шмиты» —

что он здесь делает?!

Какое отношение имеет год Шмиты к празднику Суккот в восьмом году, в конце семи лет?! Ведь с наступлением нового года восьмого года год Шмиты уже завершился и прошёл. И с этого момента это —

восьмой год!

Но

Писание говорит так: существует нечто, что выросло в восьмом году, но в отношении него всё же соблюдают законы Шмиты. Писание

учит тебя, что

весь урожай, достигший трети роста

своего

до начала нового года в седьмом году,

ты рассматриваешь согласно законам

Шмиты

и

в

восьмом

году

Шмиты.

Сказал рабби Зейра раву Аси

: на твои слова можно возразить: