Псахим 48b — Талмуд с русским переводом

И возражают:

«Но ведь мы учили»: ![](pamud.bmp "

точное положение страницы")

пять

«четвертей»

муки

«муки»

(а в книгах, которые у нас перед глазами, сказано

«и ещё».

Раши этого слова не читал) —

обязаны отделять халу.

То есть пять лугинов по мере Циппори, поскольку луг — это четверть кава.

Размер теста, за которое обязаны отделять халу, равен размеру теста, приготовлявшегося сынами Израиля в пустыне. Как сказано в Писании: «Начаток вашего теста».

Тесто пустыни — это мера манна, выпадавшей каждому ежедневно, то есть омер на человека.

Омер — это десятая часть эфы.

В эфе три сеа.

В сеа шесть кавов.

В каве четыре лугина.

В лугине шесть яиц.

Таким образом, в эфе восемнадцать кавов, то есть семьдесят два лугина.

И поскольку омер — это десятая часть эфы, нужно разделить семьдесят два лугина на десять: получится семь лугинов, а также яйцо и пятая часть яйца.

Расчёт таков: десятая часть семидесяти лугинов — семь лугинов.

Остаются два лугина, то есть двенадцать яиц, поскольку в лугине шесть яиц.

А десятая часть двенадцати яиц — яйцо и пятая часть яйца [12/10 = 1,2].

Итак, в десятой части эфы семь лугинов, а также яйцо и пятая часть яйца.

Однако эта мера указана в пустынных лугинах — мере, которой пользовались во время пребывания сынов Израиля в пустыне. В Иерусалиме же меры увеличили на одну шестую [шишит, шестую часть]. Поэтому каждые шесть пустынных мер превратились в пять иерусалимских мер [то есть увеличение рассчитывается от исходной меры; результат составляет одну пятую исходной меры].

Таким образом, семь пустынных лугинов, яйцо и пятая часть яйца превращаются в шесть иерусалимских лугинов: ведь шесть из них превратились в пять, а дополнительный лугин вместе с яйцом и пятой частью яйца превратился всего в один лугин.

Поскольку в лугине шесть яиц, один пустынный лугин равен пяти иерусалимским яйцам. А из остатка — пустынного яйца и пятой части яйца — получается одно иерусалимское яйцо.

Итак, в семи пустынных лугинах, яйце и пятой части яйца содержится ровно шесть иерусалимских лугинов.

В Циппори к иерусалимским мерам добавили ещё одну шестую.

И каждые шесть иерусалимских мер превратились в пять циппорийских мер.

Следовательно, шесть иерусалимских лугинов превратились в пять циппорийских лугинов, то есть в кав [в котором четыре лугина] и четверть кава. Такова мера теста, за которое обязаны отделять халу.

И это противоречит Раву, который сказал, что мера, начиная с которой обязаны отделять халу, — «кава из лугны».

И отвечают:

таково значение слов

Рава:

«кава из лугны также» —

относится к этой мере!

Мера кава в том месте равна размеру кава и четверти по мере Циппори.

Сказал Рав Йосеф: женщины

наши

здесь

возложили на себя более строгое правило

и установили печь для Песаха по три капизы

(они установили выпекать мацу к Песаху небольшими порциями — всего по три лугина за один раз), чтобы предохранить её от заквашивания.

Сказал ему Абайе: «Что ты думаешь?»

Почему, по-твоему, следует поступать так?

Просто из стремления к большей строгости,

поскольку по закону нет оснований опасаться заквашивания даже при замесе большего количества.

Так поступать неправильно.

Ведь

строгость может привести к послаблению.

Поскольку

из-за того, что

они замешивают менее пяти четвертей муки,

они освобождают его —

тесто —

от

обязанности

отделять халу.

Сказал ему:

Даже когда они замешивают тесто в количестве, меньшем установленной меры, они отделяют халу,

поступая согласно мнению рабби Элиэзера.

Ибо учили: рабби Элиэзер говорит: тот, кто вынимает

хлебы из печи

и кладёт

их

в корзину,

если всего их вместе пять четвертей, —

корзина соединяет их для

меры, начиная с которой возникает обязанность

отделять халу.

Хотя во время замеса обязанности на них не было, поскольку каждый хлеб замешивали отдельно и в каждом по отдельности не было необходимой меры, обязанность возникает в тот момент, когда они соединяются вместе в корзине.

И сказал Рав Йеуда от имени Шмуэля: «Галаха соответствует мнению рабби Элиэзера».

Так поступают женщины и в Песах: замешивают понемногу, а затем складывают всю мацу в корзину. Благодаря этому они становятся обязанными отделять халу.

Сказал ему

Абайе:

«Но ведь было сказано об этом

рабби Элиэзере:

сказал рабби Йеошуа бен Леви: „Сказанное относится только

к тому, что корзина соединяет их,

к круглым хлебам Вавилона, поскольку

они широкие и круглые, поэтому

прикасаются друг к другу

(слипаются друг с другом) в печи и считаются одним хлебом. Поэтому соединение их в корзине имеет силу.

Но круглые бублики,

которые узкие и длинные и не соприкасаются в печи друг с другом, корзина

не

соединяет их».

Сказал ему рабби Йосеф: мы не придерживаемся этого мнения.

Ведь

это

уже

было сказано об этом: «Сказал рабби Ханина: даже круглые бублики

корзина соединяет.

Спросил рабби Ирмия:

хлебы, положенные

на доску без бортов

(с окружающей её рамой), —

что

с ними, соединяются ли они для обязанности отделять халу?

Сомнение состоит в следующем:

Требуется ли именно соединение

внутри сосуда,

то есть соединяет только корзина, имеющая стенки и внутреннее пространство,

а здесь нет

внутреннего пространства у этой доски?

Или, возможно,

требуется соединение

в воздушном пространстве сосуда?

И все хлебы, находящиеся в воздухе над сосудом, считаются находящимися в нём и соединяются.

А

воздушное пространство

есть

и над этой доской.

И приходят к выводу:

тейку!

Учили в барайте: рабби Элиэзер говорит: «Корзина соединяет»

хлебы, чтобы они стали обязанными отделять халу.

Рабби Йеошуа говорит:

Даже

печь соединяет.

И если они не были соединены в корзине, они соединяются благодаря тому, что находились вместе в печи.

Раббан Шимон бен Гамлиэль говорит: «Вавилонские хлебы, которые соприкасаются друг с другом в печи, соединяются!»

Поскольку они слипаются друг с другом.

Мишна:

Раббан Гамлиэль говорит: «Три женщины могут одновременно замешивать

мацу к Песаху.

Они могут одновременно замешивать каждая такое количество, которого достаточно, чтобы заполнить печь,

и

пусть

выпекают в печи одну за другой,

не опасаясь, что тем временем тесто заквасится.

И даже если вторая должна ждать с собственным тестом, пока выпечётся первая, а третья должна ждать, пока выпекутся обе её товарки, ведь тесто не заквасится за время двух выпечек.

А мудрецы говорят:

не следует всем троим начинать замешивать одновременно, поскольку, если им придётся ждать между окончанием замеса и выпечкой, тесто может закваситься.

Напротив, пусть

три

женщины

одновременно занимаются тестом,

каждая на отдельном этапе его приготовления.

Пусть

одна

замешивает.

Вторая,

начавшая раньше неё и уже замесившая тесто, теперь пусть

разравнивает

его [смачивает его поверхность водой].

А третья,

начавшая замешивать раньше обеих и уже разровнявшая тесто, пусть

выпекает

в это время.

И к тому времени, когда вторая закончит разравнивать, третья закончит выпекать. Тогда вторая сможет сразу начать выпекать, а первая в это же время будет разравнивать. Когда она закончит разравнивать, печь вновь освободится, и она сразу начнёт выпекать.

Таким образом, им вообще не придётся ждать.

Рабби Акива говорит:

слова раббана Гамлиэля не представляются убедительными в той части, где он установил общее правило и сказал, что тесто не заквашивается за время, необходимое для выпечки трёх женщин.

Поскольку

не все женщины

одинаковы: некоторые более проворны в предохранении теста от заквашивания, а некоторые менее проворны.

И не все дрова

одинаковы: некоторые горят жарче и выпечка на них происходит быстрее, а на некоторых выпечка идёт медленнее.

И не все печи одинаковы.

Одни горячее, другие менее горячие. А поскольку время выпечки трёх женщин не является постоянным, невозможно установить общее правило, исходя из этого времени.

Поэтому слова мудрецов представляются убедительными: не следует всем начинать замешивать одновременно.

И ещё сказали:

Общее правило:

если женщина видит, что тесто у неё в руках

поднялось

(хочет подняться),

пусть окунёт

свои руки

в холодную воду

и похлопает холодной водой по тесту; благодаря этому оно остынет и не заквасится.

Гемара:

Мы учили в нашей Мишне: «А мудрецы говорят: три женщины одновременно занимаются тестом: одна замешивает, вторая разравнивает, а третья выпекает».

Мудрецы учили:

Та, которая

замешивает

первой, когда заканчивает замес,

сама

уже

разравнивает

(формует) тесто, а

её товарка,

вторая,

замешивает вместо неё

в это время.

Когда первая

заканчивает разравнивать,

то

она выпекает. А

в это время

её товарка,

вторая,

разравнивает вместо неё. А

тем временем

третья

начинает заниматься тестом и

замешивает.

Когда та, которая

выпекает,

первая заканчивает выпекать,

она

начинает заниматься другим тестом и

замешивает

его.

А

в это время

её товарка,

вторая, которая до сих пор разравнивала,

выпекает вместо неё, а третья разравнивает

вместо второй в это время.

И

так

круг за кругом

повторяют этот порядок [слово «кругом» означает круговое движение, по кругу], пока не закончат выпекать всё своё тесто. Когда третья выпекает, вторая начинает замешивать, а первая начинает разравнивать. И так далее. Таким образом, ни одна из них ни на мгновение не прекращает заниматься тестом.

И всё время, пока

они

занимаются тестом,

оно не приходит к заквашиванию.

Мы учили в Мишне:

«Рабби Акива говорит: не все женщины

одинаковы

и так далее».

Учили в барайте: сказал рабби Акива: «Я рассуждал перед раббаном Гамлиэлем,

который преподавал общее правило: во всех случаях женщины замешивают одновременно, а одна ждёт, пока закончится выпечка второй, и даже ждёт окончания двух выпечек:

„Пусть наш учитель объяснит нам!“

В каких случаях ты сказал общее правило: „Три женщины замешивают одновременно“?

Разве это только

при проворных женщинах,

которые хорошо предохраняют тесто от заквашивания, даже если оно находится без движения долгое время?

Или

даже

при женщинах, которые не отличаются проворством?

Разве это разрешено даже

при сырых дровах,

на которых выпечка продолжается долгое время?

Или только

при

сухих дровах,

которые быстро разгораются и выпечка на них заканчивается за короткое время, недостаточное для заквашивания теста, находящегося у других женщин?

Разве это разрешено только

в горячей печи,

поскольку выпечка в ней происходит быстро и им не придётся долго ждать?

Или даже

в

остывшей печи,

где выпечка продолжается долгое время?

Он сказал мне: «Тебе остаётся только то, что установили мудрецы!»

Мудрецы не разделяли свои постановления на разные случаи: всегда они замешивают одновременно, а когда одна выпекает, остальные ждут.

Общее правило:

если

поднялось

тесто и близко к тому, чтобы закваситься,

пусть окунёт

женщина свои руки

в холодную воду

и похлопает ими по тесту, чтобы оно остыло и не заквасилось.

Мишна:

Тесто, которое ещё не заквасилось полностью, называется «шиур». По своему закону оно подобно слабой форме хамеца (хамец нукше): в начале нашего раздела мы учили, что за него нарушают только запрет «не делай». Раши в Гемаре объясняет, что даже запрет «не делай» здесь отсутствует: за него не полагается порка и нет наказания карет.

[Это не тот «сеор», о котором говорится в Торе, — вещество, предназначенное для заквашивания другого теста. За его употребление полагается карет по особому постановлению Писания, хотя он и непригоден для еды].

См. выше, на листе 43а, во введении, объяснение понятия шиур.

«Шиур»

в Песах

сжигают

поскольку им запрещено пользоваться и его запрещено есть.

Но

тот, кто ест его, свободен от наказания.

А

«сидук»,

то есть настоящий хамец,

сжигают.

А тот, кто ест его,

также

подлежит карету!

Что такое

«шиур»,

за употребление которого не наказывают?

Когда в тесте образовались тонкие трещины — по одной с каждой стороны,

в

форме

рогов саранчи, —

это признак начала заквашивания.

А что такое

«сидук»? —

Когда оно покрывается множеством трещин, так что

перемешались

имеющиеся в нём

трещины

между собой

и слились друг с другом.

Это признак того, что оно уже полностью заквасилось,

таково мнение рабби Йеуды.

А мудрецы

(то есть рабби Меир)

говорят:

и тесто

это,

в котором трещины слились друг с другом,

и тесто

это,

которое потрескалось

подобно рогам саранчи, — оба являются настоящим хамецом.

И тот, кто ест его, подлежит карету.

Но

что такое

«шиур»,

который ещё не является настоящим хамецом?

Всякое

тесто, которое ещё совсем не потрескалось, а

его поверхность побледнела.

Его цвет

подобен

бледному цвету лица

человека, у которого волосы встали дыбом

от страха и дрожи.

Гемара:

Мудрецы учили: что такое

«шиур»? —

Всякое

тесто,

поверхность которого побледнела, подобно человеку, у которого волосы встали дыбом.

А что такое

«сидук»? —

Всякое тесто, в котором образовались трещины

в

форме

рогов саранчи, —

таково мнение рабби Меира.

А мудрецы

(то есть рабби Йеуда)

говорят: что такое

«шиур»? —

Когда оно потрескалось

подобно рогам саранчи.

А что такое

«сидук»? —

Всякое тесто,

в котором трещины слились друг

с другом.

И

между

этим

шиуром

и

между

этим

сидук —

тот, кто ест его, подлежит карету.

И возникает вопрос: как мудрецы [то есть рабби Йеуда, являющийся оппонентом рабби Меира в вопросе о шиуре] могли сказать, что даже шиур карается каретом?

Ведь мы учили: «Шиур сжигают, а тот, кто ест его» —

то есть шиур, в котором образовались трещины подобно рогам саранчи, —

свободен от наказания

каретом и не нарушает даже запрета «не делай», —

таково мнение рабби Йеуды.

Как же рабби Йеуда говорит в барайте, что тот, кто ест шиур [с трещинами, подобными рогам саранчи], подлежит карету?

И отвечают:

скажи так: заключительная часть барайты — не слова мудрецов, а слова рабби Меира.

И вот каково значение сказанного:

по мнению рабби Меира,

для рабби Меира

и тесто

это,

которое имеет вид рогов саранчи,

и тесто

это,

в котором трещины слились друг с другом, — оба являются настоящим хамецом, поэтому

тот, кто ест его, подлежит карету.

У рабби Меира шиуром считается только тесто, поверхность которого побледнела, но в котором вообще нет трещин.

Сказал Рава: какова причина рабби Меира,

который считает даже тесто с тонкими трещинами настоящим хамецом?

Потому что

не бывает ни одной трещины сверху, у которой не было бы нескольких трещин снизу.

И хотя на поверхности видны лишь тонкие трещины, подобные рогам саранчи, внутри теста трещины уже слились друг с другом.

И хотя на его поверхности видны только тонкие трещины, подобные усикам саранчи, внутри него трещины уже смешались друг с другом.