Макот 11a — Талмуд с русским переводом

резким языком,

поскольку здесь Писание отступает от обычной манеры изложения во всей книге Йеошуа: в ней сказано «и сказал Всевышний», а в этом разделе употреблён язык дибур — выражение, указывающее на строгость,

— как сказано

«И говорил Всевышний Йеошуа, сказав: говори сынам Израиля: дайте себе города

убежища, о которых Я говорил вам»,

и так далее.

Причина этого

в том,

что в этом разделе Йеошуа было велено исполнить заповеди,

которые относятся к Торе.

А в остальных местах, где Всевышний говорил с Йеошуа, ему не было велено исполнять заповеди, установленные непосредственно Торой.

И задаём вопрос:

неужели это означает,

что ты хочешь сказать:

всякое

место, где употреблено выражение

«говорить»,

означает

резкий язык?

И отвечаем:

да,

именно так!

Доказательство этому

как сказано

о братьях Йосефа, когда они вернулись к Яакову:

«Этот человек, господин той страны, говорил с нами резко».

И отсюда очевидно, что «говорить» — это выражение строгости [резкости].

И возражаем:

но ведь была приведена барайта:

в книге Малахи [гл. 3] написано: «Тогда

говорили

между собой боящиеся Всевышнего».

Нет,

«говорили» —

это выражение мягкости.

И так же сказано

в книге Теилим [гл. 47]:

«Он покорит народы под нами»,

то есть народы покорятся Израилю и будут жить спокойно.

Из этих стихов следует, что «говорить» не означает резкость.

И отвечаем: выражения, употреблённые в этих стихах, не одинаковы.

Но

«говорить»,

как сказано у Йеошуа и в рассказе о братьях Йосефа, — это отдельный

случай,

и его смысл — резкий язык.

А «говорили», сказанное в книге Малахи о боящихся Всевышнего, и

«Он покорит

народы под нами», сказанное в книге Теилим о народах, — это отдельный

случай,

и его смысл — мягкость.

Знак: Симаней раббанан мехамни весифрей

По этому поводу расходятся во мнениях рабби Йеуда и мудрецы,

объясняя, почему раздел о непреднамеренных убийцах изложен резким языком [строгостью]:

Один говорит: потому что он промедлил,

поскольку Йеошуа отложил отделение городов-убежищ в Земле Израиля до тех пор, пока Всевышний не вернулся и не велел ему отделить их; поэтому Он говорил с ним резким языком.

А другой говорит: потому что они относятся к Торе,

как объяснялось выше.

И по поводу ещё одного стиха в книге Йеошуа [гл. 24] спорят:

«И записал Йеошуа эти слова» —

«в книге Торы Всевышнего».

По этому поводу расходятся во мнениях рабби Йеуда и рабби Нехемия:

какие именно «слова» записал Йеошуа и в какой книге были записаны «эти слова» —

Один говорит:

Йеошуа записал в конце свитка Торы

восемь

последних

стихов,

то есть последние восемь стихов Торы — начиная со слов «И умер там Моше, раб Всевышнего» и до конца Торы, поскольку эти стихи о смерти Моше записал не Моше, а Йеошуа.

А другой говорит:

Йеошуа записал в своей книге [книге Йеошуа] рассказ о

городах-убежищах.

И возражаем:

понятно, если считать,

что Йеошуа записал в свитке Торы

восемь стихов,

последние стихи Торы,

тогда понятно, почему сказано:

«в книге Торы Всевышнего»,

то есть в свитке Торы.

Но если считать,

что Йеошуа записал в книге Йеошуа рассказ о

городах-убежищах,

что означает «в книге Торы Всевышнего»?

И отвечаем:

таков смысл сказанного:

«И записал Йеошуа

в своей книге

эти слова

о городах-убежищах, которые являются теми словами,

записанными

в книге Торы Всевышнего».

Свиток

Торы,

сшитый,

то есть полотнища которого соединены посредством сшивания

нитями

из

льна, —

по этому поводу расходятся во мнениях рабби Йеуда и рабби Меир.

Один говорит: он кашерен, а другой говорит: непригоден.

И объясняем, в чём состоял их спор:

По мнению того, кто считает его непригодным,

это связано с тем,

что сказано

[Шмот, 13]: «И будет это знаком на руке твоей и напоминанием между глазами твоими —

дабы Тора Всевышнего была в устах твоих».

И здесь уподоблена

вся

Тора целиком тфилин.

Писание учит нас:

как в отношении тфилин существует галаха, полученная Моше на Синае,

что их следует

сшивать сухожилиями

чистого животного, а не льняными нитями, —

так и всю

Тору следует

сшивать

при соединении полотнищ свитка Торы

сухожилиями,

а не льняными нитями.

И задаём вопрос:

а другой,

таннай, который считает допустимым сшивать полотнища свитка Торы льном, почему он не учитывает уподобление Торы тфилин?

И объясняем:

когда сказано «уподоблена»,

то есть когда Писание уподобило Тору тфилин, сказав: «дабы Тора Всевышнего была в устах твоих», это относится только

к

тому, о чём говорится в этом же стихе, — «в устах твоих». Отсюда мы учим, что тфилин пишут только на пергаменте, изготовленном из кожи чистого животного, о котором сказано:

«дозволено твоим устам»,

то есть его мясо разрешено в пищу, — но не на коже нечистого животного, мясо которого запрещено в пищу.

Только в этом отношении свиток Торы уподоблен тфилин, поскольку это прямо следует из Торы.

Но

в отношении его законов,

то есть правил, прямо не изложенных в Торе, а полученных как галаха, переданная Моше на Синае, — например, что сшивать следует именно сухожилиями, а не льном, —

Тора не уподоблена

тфилин.

Сказал Рав Уна: мы видели тфилин в доме моего дяди,

рабби Хии,

сшитые льном,

то есть льняными нитями.

И галаха не соответствует его мнению,

но сшивать следует сухожилиями.

Мишна:

После смерти первосвященника все совершившие непреднамеренное убийство возвращаются из городов-убежищ в свои дома.

Мишна объясняет, что существуют три вида первосвященников, после смерти которых изгнанники возвращаются из городов-убежищ в свои дома.

Один

— первосвященник,

помазанный маслом помазания.

Другой

— первосвященник, не помазанный маслом помазания [поскольку он жил в период после того, как масло помазания было спрятано], а только

облачённый во многие одежды,

то есть служащий в восьми облачениях, в отличие от обычного коэна, который служит лишь в четырёх одеждах.

И ещё один

коэн,

отстранённый от своего помазания,

то есть служивший заместителем первосвященника, когда постоянный первосвященник становился непригодным, до тех пор пока тот не выздоравливал, не очищался и не возвращался к служению, —

все они

возвращают убийцу

из города-убежища в его дом после своей смерти.

Поскольку тогда исполняется написанное: «И после смерти первосвященника убийца возвратится в землю своего владения».

Рабби Йеуда говорит: даже

коэн,

помазанный для войны,

возвращает убийцу.

В соответствии с законом Торы коэна помазывали маслом помазания перед выходом на войну. Обязанность этого коэна, называемого «помазанным для войны», заключалась в том, чтобы перед выходящими на войну изложить все законы войны, приведённые в разделе Шофтим: «Да не устрашится ваше сердце» и так далее. Хотя этот коэн не служил в Храме как первосвященник, поскольку он был помазан маслом помазания подобно первосвященнику, его закон подобен закону первосвященника, и после его смерти убийца возвращается.

Поэтому,

поскольку смерть первосвященников возвращала изгнанников в их дома, —

Матери первосвященников

были

снабжать их,

то есть совершивших непреднамеренное убийство,

пищей и одеждой, чтобы они не молились

об убийцах

о смерти их сыновей,

и чтобы те могли вернуться в свои дома.

В Гемаре объясняется, почему они опасались, что молитва убийц будет принята.

Гемара:

И задаём вопрос:

откуда это следует,

что все первосвященники, перечисленные в Мишне, возвращают убийцу?

Сказал Рав Кахана:

поскольку

сказал стих

[Бемидбар, 35] трижды повторяет закон о том, что убийца выходит после смерти первосвященника. Из этого первый таннай учит, что смерть каждого из трёх коэнов, носивших статус первосвященника, возвращает убийцу.

Вот эти стихи:

1.

«И будет жить в нём

до смерти первосвященника».

2.

И написано:

«Ибо в городе-убежище своём он будет жить

до смерти первосвященника».

3.

И написано:

«После смерти первосвященника

возвратится убийца».

Таково мнение первого танная, и теперь Гемара объясняет мнение рабби Йеуды:

А рабби Йеуда,

добавляющий коэна, помазанного для войны, истолковал

другой стих,

четвёртый [там же], где сказано:

«Чтобы возвратиться и жить в земле

до смерти коэна».

А другой,

первый таннай, который не истолковывал этот стих, полагал:

поскольку не написано

в этом стихе

«великого»,

значит, речь обязательно идёт о первосвященнике, упомянутом выше, а не об

одном из этих

трёх первосвященников

— таков его смысл.

Иными словами, поскольку Писание не назвало его «первосвященником», а просто сказало «коэн», оно не могло иметь целью добавить четвёртого коэна — помазанного для войны; речь идёт об одном из трёх упомянутых первосвященников.

Мы учили в Мишне:

«Поэтому матери первосвященников и так далее».

И Гемара доказывает:

причина в том, что они не молятся,

то есть получается, что только благодаря тому, что матери первосвященников снабжают убийц водой и пищей, убийцы не молятся о смерти коэна — и поэтому он не умирает.

А если бы они молились

— он умер бы!

Если совершившие непреднамеренное убийство, находящиеся в городе-убежище, помолятся о смерти первосвященника, их молитва будет принята, и он действительно умрёт до своего срока.

И возражаем: разве молитва убийц о смерти первосвященников будет принята, хотя те не виновны ни в чём?

Но ведь написано

в книге Мишлей [гл. 26]:

«Как птица улетает, как ласточка перелетает, —

так безосновательное проклятие

[лишённое причины]

не

сбудется!»

И отвечаем:

сказал один старец: я слышал это из урока Равы:

это не безосновательное проклятие; напротив, у коэнов действительно есть вина,

поскольку им следовало просить милосердия за

сыновей

своего поколения,

чтобы те не пришли к беде, подобной непреднамеренному убийству,

но они не просили.

А есть версия,

в которой Мишну читают так: матери первосвященников снабжали убийц водой и пищей

для того, чтобы они молились

за

своих сыновей, чтобы те не умерли.

И задаём вопрос:

причина в том, что они молятся,

то есть получается, что они живут лишь благодаря тому, что убийцы молятся о том, чтобы коэны не умерли.

А если бы они не молились

— они умерли бы!

И возражаем: почему первосвященник должен умереть из-за греха этих людей?

Разве

что он мог

коэн

сделать?

Что он должен был сделать, чтобы на нём лежала вина за грех этих людей?

Здесь,

в Вавилонии,

мы говорим

при подобной ситуации, когда человека наказывают за проступок его товарища: разве

Тувия согрешил, а

тогда

Зигод понёс наказание?!

Источник этого выражения — происшествие, случившееся с Зигодом: он дал показания перед судом Рава Папы против Тувии, который согрешил. Но это было свидетельство одного человека, которое не принимается. Поэтому Рав Папа велел наказать Зигода за злословие, которое тот распространил.

И с тех пор это выражение стало поговоркой: хотя грешником был Тувия, наказан был Зигод, который свидетельствовал, что тот согрешил. Ибо всякий раз, когда свидетельство человека не приносит пользы, а он приходит и свидетельствует о пороке своего товарища, это считается нарушением запрета злословия.

А

там

в Земле Израиля

говорят

эту поговорку в иной форме:

«Шхем взял жену — а Мевгай обрезался?!»

То есть Шхем, сын Хамора, взял Дину и получил от этого удовольствие, а остальные жители города, например Мевгай [имя человека], были вынуждены страдать и «обрезаться», хотя они вместе с ним никакой выгоды не получили.

И здесь мы также спрашиваем: почему коэны должны понести наказание за грехи совершивших непреднамеренное убийство?

И отвечаем:

сказал один старец: «Я слышал это из урока Равы»,

что с Небес предъявляется претензия коэнам,

поскольку им следовало просить милосердия за своё поколение,

чтобы они не согрешили,

но они не просили.

И мы находим, что подобная претензия предъявляется человеку и за неё он подвергается наказанию,

как в случае с одним человеком, которого съел лев,

которого съел лев

вдали

на расстоянии

трёх парса от него,

от места его пребывания,

от места пребывания рабби Йеошуа бен Леви.

И Элиягу не говорил с ним,

не являлся к пророку Элиягу и не разговаривал с ним

вместе,

с рабби Йеошуа бен Леви,

три дня.

Элиягу прекратил свой обычай разговаривать с ним каждый день на протяжении трёх дней, поскольку в его местности произошло такое несчастье. Ведь если бы рабби Йеошуа бен Леви молился о благополучии жителей своей местности, этого несчастья никогда бы не случилось.

И получается, что тот, кто способен предотвратить несчастье своей молитвой, но не предотвратил его, считается виновным в нём и наказывается за него. Поэтому от первосвященников требовалось просить о них милосердия, чтобы они жили и не умирали.

Сказал Рав Йеуда от имени Рава: проклятие мудреца, даже произнесённое без основания, сбывается!

То есть если мудрец проклял человека, проклятие подействует, даже если для него не было причины.

Откуда мы это выводим? —

Из истории с Ахитофелом.

Когда Давид выкопал шитин,

основания для Храма,

вскипела бездна.

Подземные воды поднялись и

стали готовы затопить весь мир.

Подземные воды стояли, готовые затопить и залить весь мир.

Сказал

Давид: «Есть ли кто-нибудь, кто знает галаху:

что, если написать Имя

Всевышнего

на черепке и бросить его в бездну, чтобы она вернулась на своё место?»

То есть можно ли написать Имя Всевышнего на черепке и бросить его в бездну, поскольку черепок погружается и не всплывает: он опустится и покоится над отверстием, закрыв место, из которого подземные воды поднимаются и выходят наружу?

И вопрос состоял в том, следует ли опасаться, что вода сотрёт Имя, написанное на черепке, и тем самым будет нарушен запрет «Не поступайте так с Господом, вашим Б-гом [стирая Его Имя]».

Не было никого, кто ответил бы ему.

Не нашлось никого, кто ответил бы на вопрос Давида.

Сказал

Давид:

«Всякий, кто знает это и не говорит» —

«пусть будет задушен в горле!»

Ахитофел сам вывел каль ва-хомер

и

сказал:

«И если

для

установления мира между мужем и его женой Тора сказала: “Моё Имя

[Имя Всевышнего],

написанное в святости,

в книге

пусть будет стёрто в воде,

как мы находим в разделе о соте: пишут и стирают в горькую воду весь раздел о соте, несмотря на то что в нём есть Имя Всевышнего, чтобы выяснить, осквернилась ли она или нет; если же она чиста, между ней и её мужем вновь установится мир.

Для установления мира

во всём мире — тем более,

можно стереть Имя Всевышнего!»

И поскольку он вывел это из каль ва-хомера,

сказал ему

Ахитофел Давиду:

«Разрешено»,

разрешено написать Имя на черепке и бросить его в воду.

Так Давид и поступил:

написал Имя на черепке, сказав: «Пусть бездна отступит»,

и бросил его в бездну. Тогда

он опустился и встал на своё место.

Подземные воды опустились и остановились на своём месте.

И,

хотя Давид проклял только того, кто знает эту галаху и не говорит того, что ему известно, а Ахитофел в конце концов сообщил галаху,

всё же

проклятие Давида подействовало на Ахитофела.

Доказательство этому состоит в том, что позднее, во время мятежа Авшалома против Давида,

написано

[во Второй книге Шмуэля, гл. 17]: «

И увидел Ахитофел, что его совет не был принят»,

то есть он советовал Авшалому, как сражаться с Давидом.

Поскольку Авшалом не поступил по его совету, Ахитофел понял, что Давид вернётся и станет царём, а затем казнит его как мятежника против царской власти. Кроме того, его имущество перейдёт в царскую казну, поскольку таково наказание мятежнику против царской власти, и его сыновьям не останется наследства.

Поэтому «

оседлал

Ахитофел

осла, встал и отправился домой, в свой город, и дал распоряжения своему дому

[оставил завещание своей семье],

и был задушен»,

и так далее.

Ахитофел сам себя задушил, чтобы умереть до исполнения царского приговора и тем самым оставить своё имущество сыновьям: после его смерти его уже не стали бы судить и не отняли бы имущество, которое он оставил своим сыновьям.

Так на нём исполнилось проклятие Давида — что он будет задушен в горле, — хотя это проклятие не было сказано с условием, что оно постигнет его в случае, если он всё-таки сообщит известное ему. Отсюда следует, что проклятие мудреца, даже произнесённое без основания, сбывается.

Сказал рабби Абау: проклятие мудреца, даже

если оно произнесено

при условии,

а условие не исполнилось,

сбывается.

Откуда мы это выводим? —

Из истории с Эли!

Ибо Эли сказал Шмуэлю,

когда настойчиво просил Шмуэля сообщить ему, что сказал ему Всевышний, а Шмуэль боялся сказать ему, что его потомство будет истреблено из-за грехов его сыновей, так что все его потомки мужского пола будут умирать в возрасте восемнадцати лет. Эли проклял Шмуэля, если тот не откроет ему это, и сказал Шмуэлю: «

Так да поступит с тобой Б-г и так да прибавит,

как случилось со мной, поскольку мои сыновья не пошли моими путями, [как объяснено выше]

если ты скроешь от меня что-либо».

И

мы находим, что

хотя написано: «

И Шмуэль сообщил ему всё и ничего от него не скрыл»,

всё же написано

о Шмуэле: «

Но его сыновья не пошли его путями».

И так далее.

Отсюда следует, что проклятие мудреца сбывается даже тогда, когда условие, при котором оно было произнесено, не исполнилось.