Эрувин 44b — Талмуд с русским переводом

Но в случае с человеком и человеком [из двух барайт: в одной сказано: «Если боковая стенка упала, нельзя поставить на её место человека»; а во второй сказано: «Можно сделать своего товарища стеной»] всё ещё

[в одной барайте сказано: если упала его боковая стенка, пусть не поставит в ней человека; а во второй барайте сказано: человек делает своего товарища стенкой] всё ещё

остается трудность:

нельзя сказать здесь так же, как мы разрешили в отношении утвари, что он делает из него четвертую стену сукки, поскольку в разрешающей барайте сказано: «чтобы он мог есть, пить и спать», — значит, благодаря человеку сукка стала пригодной для исполнения своих заповедей. Поэтому всё ещё возникает противоречие между барайтами?!

В случае с человеком и человеком также нет трудности:

Здесь —

в барайте, запрещающей ставить человека в качестве стены, его поставили

с ведома

стоящего человека, и поэтому это запрещено, хотя обычно строительство таким способом не производится, поскольку такое действие привлечёт внимание и люди могут прийти к разрешению делать перегородку также из утвари [Ран; см. также Ритву».

Здесь —

в барайте, разрешающей ставить человека в качестве стены, речь идёт о том, что его поставили

без ведома

стоящего человека; поэтому, поскольку постановка человека не является обычным способом строительства, это разрешено.

И возражаем: если, как было разъяснено, поставить человека в качестве перегородки с его ведома в Шабат запрещено, возникает трудность:

Но

в том случае

с рабби Нехемией, сыном рабби Ханилая,

когда людей поставили в качестве перегородки, —

с ведома

этих людей

это было,

и как же было разрешено поставить их в Шабат?!

И отвечаем: на самом деле

без ведома

этих людей

это было,

и поэтому было разрешено поставить их в Шабат.

И всё ещё возражаем:

но, во всяком случае, Рав Хисда,

который задумал сделать перегородку,

действовал с ведома,

и как же он сам присоединился к перегородке?!

И отвечаем:

сам Рав Хисда

лично

не входил в число людей, составлявших перегородку,

то есть сам Рав Хисда к перегородке не присоединялся.

Были некие сыновья жениха, которые внесли воду [Раши в «Хидушей рабейну Хаим га-Леви» пояснил: сыновья свадебного шатра; согласно его версии, внесли мирт]

из общественного владения в частное

с помощью перегородки из людей,

которых с их ведома поставили в общественном владении — там, где находилась вода, — и благодаря этой перегородке внесли воду в частное владение.

Шмуэль высек их [наказал их бичеванием],

[наказал их ударами]

потому что

он

сказал: если сказали

разрешить делать перегородку из людей, когда их поставили

без ведома, то скажут

разрешить это также

с ведома [с вопросительной интонацией]?!

[риторический вопрос]?!

Были некие бурдюки [бурдюки]

[бурдюки]

которые были оставлены на улице Мехозы [лежали на городской улице — в общественном владении, — в городе Мехоза, городе Равы, и бурдюки принадлежали ему].

[которые находились на городской улице — являвшейся общественным владением — города Мехоза, города Равы, и бурдюки принадлежали ему],

Когда Рава возвращался со своей лекции [когда Рава возвращался после произнесения лекции, а за ним шла толпа слушателей],

[когда Рава возвращался после произнесения лекции, а отряд слушателей лекции шёл за ним],

ему их внесли [слуга внес бурдюки в дом Равы вместе с людьми, образовавшими перегородку],

и это было разрешено, поскольку люди не были поставлены там с целью служить перегородкой.

В следующую субботу [в последующий Шабат]

[в следующий за ним Шабат]

слуга захотел

снова

внести их, но Рава запретил ему это,

[слуга снова хотел поступить так, но Рава ему запретил], поскольку

теперь это стало

уже

как действие с ведома: поскольку однажды он сделал из них перегородку, вполне возможно, что они об этом знали,

так как после того, как однажды из них сделали перегородку, весьма вероятно, что они будут знать [об этом],

и это запрещено. [По «Шулхан арух», раздел 362, параграф 5.]

Для

А

Леви внесли солому [внесли в его дом солому из общественного владения с помощью перегородки из людей, поставленных там без их ведома].

[в его дом внесли солому из общественного владения посредством перегородки из людей, которых поставили там без их ведома].

А

Зеири

внёс таким образом

люцерну [сено].

[сено].

А

Рав Шими бар Хия

внёс

воду [воду].

[воду].

Мишна:

Тот, кто вышел

за пределы границы Шабата

с разрешения,

например, отправился засвидетельствовать наступление нового месяца [как разъяснялось в Мишне, трактат Рош га-Шана, лист 20: для свидетельства о наступлении нового месяца Нисан или Тишрей нарушают Шабат], или вышел спасать людей, или повитуха вышла за пределы границы своего города, чтобы принять роды.

И ему сказали

по дороге:

«Уже совершено

то

дело, ради которого ты вышел за пределы границы, и в тебе больше нет необходимости», — а тем более если он дошёл до того места и в нём возникла необходимость.

ради которого он вышел за пределы תחума, и он уже не нужен; тем более если он пришёл в то место и там был нужен.

Итак, несмотря на то что даже тот, кто был вынужденно выведен за пределы границы Шабата, имеет право передвигаться только в пределах четырех локтей, тот, кто вышел с разрешения, находится в лучшем положении:

ему отведены две тысячи локтей во всех направлениях

от того места, где он находился, когда ему сообщили об этом или когда он спас людей.

Если же он находился

в момент, когда ему сообщили,

в пределах границы, это считается так, как будто он не выходил —

это разъясняется в Гемаре.

Все вышедшие спасать людей могут возвращаться на своё место,

это разъясняется в Гемаре.

Гемара:

Первоначально полагали, что сказанное в Мишне: «Если он находился в пределах границы, это считается так, как будто он не выходил», означает: как будто он не вышел из «своей границы», и к нему применяются те же правила, что и к остальным жителям города. Поэтому спрашиваем:

Что означает: «Если он находился в пределах границы, это считается так, как будто он не выходил»? Ведь на самом деле он не вышел из своей границы?!

Сказал Раба: вот что имеется в виду: если он находился

в момент, когда ему сообщили,

внутри

«границы»

своего города, это считается так, как будто он не вышел «из своего дома»

— так это и рассматривается,

и ему не дают две тысячи локтей от того места, где он находится; ему полагается сам город и его границы.

И всё ещё спрашиваем:

разве это не очевидно?

Очевидно, что две тысячи локтей от того места, где он находится, установлены ему лишь в случае, когда он утратил свою первоначальную границу, поскольку по основному закону ему полагаются только четыре локтя. Но если он всё ещё сохраняет свою первоначальную границу, поскольку не вышел за её пределы, очевидно, что ему не дают другую границу. Зачем же было необходимо сообщать это правило?!

И отвечаем:

можно было бы подумать: поскольку он уже тронулся, то тронулся,

то есть поскольку, если бы он прибыл в место, где был необходим, ему полагались бы две тысячи локтей от этого места, а он уже двинулся туда, можно было бы сказать, что он считается как будто уже прибыл туда, —

поэтому Мишна сообщает нам,

что это не так.

Рав Шими бар Хия сказал,

что сказанное в Мишне: «Если он находился в пределах границы, это считается так, как будто он не выходил», — не относится к человеку, который ещё не вышел за границу своего дома;

вот что имеется в виду:

хотя он уже вышел,

если границы,

[новые],

которые мудрецы дали ему,

[от места, где ему сообщили],

входят внутрь

первоначальной

его границы

[то есть две тысячи локтей от места, где ему сообщили, входят в две тысячи локтей, которые были у него от его города],

это считается так, как будто он не вышел из своей границы.

Иными словами, если он захочет, он может идти в пределах данных ему двух тысяч локтей до своей первоначальной границы; когда он достигнет её, он вернётся в свою первоначальную границу, и ему снова будут полагаться две тысячи локтей от его дома, как вначале [согласно смыслу комментария Раши и словам Ритвы].

И разъясняем:

в чём состоит разногласие

между Рабой и Равом Шими бар Хией?

Один

[Рав Шими бар Хия]

считает: совпадение границ — это значимое обстоятельство.

А другой

[Раба, который не объяснил Мишну как сообщающую закон о совпадении границ]

считает:

совпадение границ

не является значимым обстоятельством,

и полагает: даже если его две тысячи локтей входят в две тысячи локтей, которые были у него прежде, и он вернулся в свою границу, он не возвращается к границе своего дома, как вначале.

Это сообщение разъясняется согласно версии Раши в его первом толковании.

Сказал Абайе Рабе: неужели ты не признаёшь

[разве ты не согласен]

что совпадение границ является значимым обстоятельством?!

Ведь:

а. Если человек провёл Шабат в месте, окружённом перегородками, ему отсчитывают две тысячи локтей во всех направлениях от входа в это место.

б. Если у этого места было два входа — один с востока, а другой с запада, — когда он вышел через восточный вход, ему полагаются две тысячи локтей во всех направлениях от того входа, через который он вышел; а когда он вышел через западный вход, ему полагаются две тысячи локтей во всех направлениях от западного входа.

в. Если он вышел через восточный вход, вернулся на своё место, а затем снова вышел через западный вход, ему полагаются две тысячи локтей от западного входа, и так далее.

г. Если он провёл Шабат в длинной пещере, вышел через восточный вход и шёл по крыше пещеры [которая не считается для него четырьмя локтями] в западном направлении, то, когда закончились две тысячи локтей от восточного входа, ему запрещено идти дальше. Если же он хочет добраться до западного входа, ему следует вернуться по своим следам к восточному входу, пройти всё внутреннее пространство пещеры [которое считается для него лишь четырьмя локтями] до западного входа, и оттуда ему будут полагаться две тысячи локтей во всех направлениях.

И сказал Абайе Рабе:

А что, если он провёл Шабат в пещере, внутри которой

имеется длина

четыре тысячи

локтей,

а на её крыше

пещеры

меньше четырёх тысяч локтей

[поскольку входы в пещеру с востока и с запада сделаны с уклоном навстречу друг другу].

Неужели

он не сможет пройти по всей её длине и ещё две тысячи локтей за её пределами?

Иными словами: разве ты не признаёшь, что если он вышел из восточного входа пещеры и шёл по крыше пещеры к её западному входу, то мы не говорим, что, достигнув конца двух тысяч локтей, он должен вернуться по своим следам и пройти к западному входу внутри пещеры [как это действительно было бы по закону, если бы её крыша имела длину более четырёх тысяч локтей, как было разъяснено]; напротив, мы говорим ему пройти всю крышу в западном направлении, а затем ему будут полагаться ещё две тысячи локтей от западного входа?! И поневоле ты признаешь это, ведь именно такова полученная нами традиция [Ритва].

Причина этого закона состоит в том, что граница, полагающаяся ему с востока, входит внутрь границы, полагающейся ему с запада [поскольку расстояние между двумя входами меньше четырёх тысяч локтей]: «совпадение границ делает границы двух выходов одной границей» [Раши].

Итак, мы видим, что совпадение границ является значимым обстоятельством. Как же Раба говорит, что совпадение границ не является значимым обстоятельством?!

Сказал ему

Раба Абайе: как ты сравниваешь совпадение границ на крыше пещеры, где обе границы — восточная и западная — возникли благодаря тому, что человек провёл Шабат в пещере ещё до наступления Шабата, с совпадением границ у того, кто вышел за пределы границы с разрешения?!

И

разве

ты не различаешь между случаем, когда он провёл Шабат внутри пространства перегородок ещё до наступления Шабата, и случаем, когда он не провёл Шабат внутри пространства перегородок ещё до наступления Шабата?

Ведь если он провёл Шабат внутри пространства перегородок ещё до наступления Шабата, мы повсюду придерживаемся правила: всё место, где он провёл Шабат, считается для него четырьмя локтями; тогда как в случае, когда он не провёл Шабат внутри пространства этих перегородок, всё это место не считается для него четырьмя локтями?!

И поскольку ты признаёшь это, то и здесь, в отношении совпадения границ, лишь в том случае, когда обе границы возникли для него благодаря тому, что он провёл Шабат в этом месте ещё до наступления Шабата, совпадение границ делает их одной границей.

Но тот, кто вышел за пределы границы с разрешения, — поскольку новая граница, которую дали ему мудрецы, возникла не благодаря тому, что он провёл Шабат в этом месте ещё до наступления Шабата, — после того как он приобрёл новое место пребывания, он больше не обладает прежним местом пребывания; поэтому, даже если он вошёл в свою первоначальную границу, он не возвращается к границе своего дома. [Разъяснено согласно формулировке Раши в нашем тексте.]

И возразил Абайе Рабе:

а в случае, когда он не провёл Шабат

и у него появилась новая граница уже в Шабат, разве

не

применяем совпадение границ?!