Хулин 96b — Талмуд с русским переводом

А рабби Йеуда

считает:

в запрете жилы бедра написано слово «едение»

— а под едением обычно подразумевается не менее ке-зайта.

А мудрецы

считают:

это слово «едение»

сказано для того, чтобы сообщить нам,

что если в жиле бедра есть

четыре или пять ке-зайтов,

и человек съел один ке-зайт

из неё,

он обязан

за это,

даже если не съел её целиком

. Но если он съел её целиком, то обязан за неё даже в том случае, если в ней было меньше ке-зайта.

А рабби Йеуда

скажет тебе: то, что за жилу бедра человек обязан даже если не съел её целиком,

выводится из слов «которая на ложбине бедра»

. Ведь из них следует, что даже если он съел только ту часть, которая находится на ложбине бедра, он обязан, несмотря на то что вся жила запрещена, — при условии, что съеденное подпадает под определение едения, то есть составляет ке-зайт. Поэтому Торе не нужно было писать ради этого слово «едение». Значит, несомненно, оно учит нас, что даже если человек съел жилу бедра целиком, он не обязан за неё, если в ней нет ке-зайта.

А мудрецы

считают:

стих

«которая на ложбине бедра»

нужен для того, о чём сказал Шмуэль. Ибо Шмуэль сказал: «Тора запретила только ту часть, которая находится на ложбине бедра»

. Этот стих не является избыточным для того, чтобы учить: человек обязан даже за съеденную часть жилы. Это выводится из слова «едение».

Рабби Йеуда

же оспаривает само постановление Шмуэля, поскольку

написано слово «бедра»

. Из этого следует, что запрещена жила

всего бедра

, а не только та, которая находится на ложбине бедра. Если так, стих «которая на ложбине бедра» избыточен и учит запрету на съедение части жилы.

А мудрецы

выводят из слова «бедра»: только

та жила, запрет которой распространяется на всё бедро

, то есть внутренняя жила, которая велика и проходит через всё бедро, — только она запрещена.

В отличие от

наружной

жилы

, которая короткая,

нет

— она не входит в этот запрет.

Однако

постановление Шмуэля всё же можно сохранить: запрещена только та часть,

которая находится на ложбине

бедра.

Таким образом, мы видим, что таннаи разошлись во мнениях относительно этого постановления Шмуэля.

И возражают и мудрецам, и рабби Йеуде, которые выводят из слов «которая на ложбине»:

а

разве

слово «ложбина» не нужно для того, чтобы исключить птицу

, к которой не относится запрет жилы бедра, поскольку

у неё нет ложбины?

Отвечают:

в стихе дважды написано слово «ложбина»

, чтобы вывести из него два положения.

Мишна:

А.

Бедро

животного,

в котором сварили

вместе с бедром

жилу бедра, —

если в нём

в бедре

ощущается вкус

жилы бедра,

оно запрещено

для еды из-за ощущаемого в нём вкуса жилы бедра.

Как определяют

, есть ли в нём вкус жилы бедра или нет?

Как

соотношение

мяса,

придающего вкус,

в репе!

То есть считают бедро как будто оно было репой, а жилу — как будто она была мясом. Определяют соотношение между жилой и бедром по тому соотношению, при котором мясо в количестве, равном объёму жилы, придаёт вкус репе в количестве, равном объёму бедра.

Б.

Жила бедра, сваренная вместе с жилами

разрешённых животных, —

если её узнают

, то жилу бедра выбрасывают, а вкус, выделившийся из неё, определяют по тому,

придаёт ли он вкус

разрешённым жилам.

А если нет

— если не узнают жилу бедра, смешавшуюся с разрешёнными жилами, — то

все жилы запрещены

, поскольку в каждой из них следует опасаться, что это жила бедра, и она не аннулируется в большинстве, так как обладает статусом «создания», которое не аннулируется в большинстве [по постановлению мудрецов!]

А

если

соус,

в котором сварили жилу бедра и остальные жилы, определяют

по тому, придаёт ли она вкус

, то есть способна ли жила бедра придать вкус всем кускам вместе с соусом.

[Если вкус жилы бедра и вкус остальных жил одинаковы, это называется «один и тот же вид», и мудрецы установили, что такая смесь аннулируется в соотношении один к шестидесяти.]

В.

И так же кусок падали, а также кусок нечистой рыбы, сваренный вместе с кусками

разрешённой пищи, —

если их узнают

, то куски запрещённой пищи вынимают и выбрасывают, а определяют

по тому, придаёт ли она вкус

— способен ли запрещённый кусок придать вкус разрешённым кускам.

А если нет

— если не узнают куски запрещённой пищи, — то

все они запрещены

, поскольку «кусок, достойный того, чтобы его подали почётным гостям», не аннулируется в большинстве [по постановлению мудрецов!], и относительно каждого куска остаётся сомнение, не является ли он запрещённым.

А соус,

в котором сварили разрешённые и запрещённые куски, определяют

по тому, придаёт ли он вкус

: если запрещённый кусок способен придать вкус всем кускам вместе с соусом, всё запрещено; если же нет, то соус разрешён.

Гемара:

Сказал Шмуэль: «Сказанное в Мишне относится только

к случаю, когда жила бедра способна придать вкус всему бедру, и поэтому оно запрещено,

если её сварили в нём

— ведь варка распространяет вкус жилы по всему бедру.

Но

если её зажарили в нём

, то она запекается внутри него, её вкус не распространяется и не проникает в мясо. Поэтому мясо бедра не становится запрещённым, а

срезают

с мяса бедра

и едят, пока не доходят до жилы!»

Её же саму не едят.

И возражают:

«Не так! Разве не сказал рав Хуна: “Козлёнок, которого зажарили в его собственном жиру”

, то есть перед жаркой с него не сняли почечный жир и зажарили его вместе с жиром, —

запрещено есть его даже с кончика уха

, поскольку мы предполагаем, что находящийся внутри него жир распространяется и достигает даже уха!

Из этого следует, что жир распространяется по всему животному и при жарке. Почему же в отношении жилы бедра мы говорим, что при жарке её вкус не распространяется, а сама она лишь запекается внутри?»