Хулин 57a — Талмуд с русским переводом

Привели

его

к сыну

павшего,

и зарезали его перед ним ![](pamud.bmp "

точное расположение страницы")

зажмурив ему глаза,

как будто зарезали сына, но на самом деле его не зарезали,

он потерял сознание и застонал,

отец, убитый горем из-за того, что зарезали его сына.

Его внутренности вернулись на место,

в результате испуга.

И зашили их,

и соединили их

с желудком.

Мы учили в Мишне:

если у птицы переломаны ноги.

Однажды принесли корзину

птиц,

у которых

были переломаны ноги в колене либо ниже колена, либо выше колена, причем кость не выступала наружу,

к Рабе.

Раба проверил у них место соединения сухожилий,

чтобы все шестнадцать сухожилий были целы, —

и признал их кошерными.

Сказал Рав Йеуда от имени Рава: если у животного вывихнута передняя конечность,

то есть у него вывихнуто плечо,

у животного —

оно кошерно.

Если вывихнуто бедро,

то есть головка бедренной кости (бука дэ-атма) вышла из своего места и ее связки разрушились, —

у птицы это трефа.

Если вывихнуто крыло,

у птицы —

это трефа [см. рисунок в книге «Сихат Хулин»], поскольку

мы опасаемся, что

при вывихе крыла

пробилось легкое.

А Шмуэль сказал: нужно проверить

легкое с помощью надувания.

И рабби Йоханан также сказал:

нужно проверить

легкое.

Хизкия сказал: у птицы нет легкого.

Как далее будет разъяснено.

А рабби Йоханан сказал: у птицы оно есть,

у птицы есть легкое,

и оно имеет вид

у нее

розового листка,

тонкого и красного, и находится

между крыльями.

И мы задали вопрос:

что означает выражение

«у птицы нет легкого»,

сказанное Хизкией?

Если сказать, что у птицы вообще нет

легкого,

но ведь мы видим, что у нее оно есть

— легкое?!

Но

Хизкия имел в виду сказать:

легкое у птицы не делает ее трефой,

если оно пробито.

Возражают:

А ведь Леви учил: изъяны, делающие животное трефой, которые перечислили мудрецы, —

соответствующие им

имеются

у птицы.

Кроме того, у птицы есть дополнительный изъян:

она становится трефой, если

сломана кость

черепа,

даже если оболочка мозга не пробита.

И отсюда следует, что птица становится трефой, если пробито легкое?!

Отвечают:

но,

вот что сказал Хизкия:

у птицы нет

такого свойства, чтобы она

падала

— то есть если она упала, ее легкое не нужно проверять.

И чтобы ее обжигали

— то есть если она упала в огонь, ее легкое не проверяют.

Почему?

Сказал Рав Хана: поскольку большая часть ее ребер защищает его.

Возражают:

Но из того, что рабби Йоханан сказал: у птицы есть

легкое

и оно имеет вид розового листка между крыльями, следует, что Хизкия считал, будто у нее нет

легкого вообще.

Но сказали в Западной земле от имени рабби Йоси, сына рабби Ханины: из слов великого учителя,

Хизкии, который был величайшим в своем поколении,

видно, что он не разбирался в анатомии птиц.

Сказал Рав Гуна от имени Рава: если у птицы вывихнуто бедро —

она кошерна. Сказал ему Раба, сын Рава Гуны, Раву Гуне: но мудрецы, пришедшие из Пумбедиты, говорили,

что Рав Йеуда от имени Рава сказал: если у птицы вывихнуто бедро —

это трефа?!

Сказал ему

Рав Гуна:

сын мой, у каждой реки свое русло.

Это пословица: подобно течению воды в реке, одна река не похожа на другую — в некоторых местах вода течет быстро, а в других медленно. Так и в разных местах принято по-разному. Рав считал, что птица кошерна, но не разрешил это жителям Пумбедиты, поскольку видел, что там придерживаются запрета. А Рав Йеуда был из Пумбедиты и считал, что Рав объявлял птицу трефой.

Рабби Абба пошел и застал рабби Ирмия, сына Аббы, проверявшего место соединения сухожилий.

Сказал ему

рабби Абба:

зачем господин проделывает все это?! Ведь Рав Гуна сказал от имени Рава: если у птицы вывихнуто бедро, она кошерна! И

если при полном вывихе бедра она кошерна, тем более она кошерна, если перерезано только место соединения сухожилий?!

Сказал ему

рабби Ирмия, сын Аббы:

я знаю Мишну.

Ведь мы учили в начале этого раздела:

если у животного перерезаны ноги —

от колена и ниже — оно кошерно; от колена и выше — непригодно. И то же самое, если удалено место соединения сухожилий,

животное является трефой, хотя само колено сохранилось.

И Рав сказал об этом:

то же относится и к птице.

Рабби Абба возразил ему:

если так,

по твоим словам,

возникает противоречие между одним высказыванием Рава и другим?!

Рабби Ирмия замолчал

Рав Ирмия.

Сказал ему

рабби Абба:

возможно, он различает между вывихом,

когда вывихнуто все бедро, и оно кошерно,

и

между

перерезанием

одного лишь места соединения сухожилий, при котором птица является трефой?!

Сказал ему

Рабби Ирмия: неужели

ты

тот, кто

истолковывает

его

высказывание Рава?

Не ты истолковываешь его слова, а

сам Рав прямо сказал

так: бедро,

вывихнутое, — кошерно; перерезанное —

непригодно!

И не удивляйся, ведь

мы находим, что если

перерезать его здесь,

в месте соединения сухожилий,

оно умирает.

А если

перерезать его здесь,

в мышце ноги выше места соединения сухожилий,

оно остается живым!

Когда поднялся

рабби Абба

в Землю Израиля

из Вавилонии,

он встретил

рабби Зейру,

который

также поднялся [до него] в Землю Израиля,

сидевшего и говорившего: «Рав Гуна сказал от имени Рава: если у птицы вывихнуто бедро, это трефа».

Сказал ему

рабби Абба:

клянусь жизнью господина! С того дня, как господин поднялся сюда,