Хулин 27b — Талмуд с русским переводом

И Гемара продолжает обсуждение:

а зачем Писание упомянуло сало

у быка в качестве жертвоприношения,

для чего это нужно?

Ведь барайта объяснила только, почему Тора должна была особо упомянуть голову, но не объяснила, почему Тора отдельно упомянула сало, тогда как оно входит в число отделяемых частей?

И мы отвечаем:

оно нужно для того, о чём учили в барайте: как он поступает

с возложением головы на огонь?

Он покрывает салом место шхиты [ [A0011]Покрывает салом место шхиты],

[то есть покрывает сальником место шхиты],

и поднимает его

на огонь, находящийся на жертвеннике,

и это является проявлением почёта Небесам,

чтобы место разреза не было видно испачканным кровью. И это мы учим из сала, упомянутого в первом разделе, рядом с головой.

Теперь Гемара приводит другую барайту, в которой приводятся слова рабби Элиэзера, выведшего из другого места, что шхита совершается на шее.

А этот таннай приводит доказательство отсюда:

Ибо учили в барайте:

в конце раздела, говорящего о нечистоте падали, сказано:

«Такова Тора о скоте и птице»

[Ваикра, 11:46]. Тора уподобила скот птице в отношении нечистоты.

И в отношении какой «Торы»

о нечистоте

скот уподоблен птице, и

в чём

птица

подобна

скоту?

Ведь их нечистота неодинакова.

Ибо

скот оскверняет

человека своей падалью —

при прикосновении,

когда тот прикасается к ней,

и

при

переноске,

то есть если он несёт её, она оскверняет его даже без прикосновения к ней. А

птица не оскверняет

своей падалью

при прикосновении и

не

при переноске.

И наоборот,

птица

имеет более тяжёлую нечистоту, чем скот, поскольку после смерти она

оскверняет

тяжёлой нечистотой — она оскверняет даже

одежду

человека, который ест её падаль,

находящуюся в глотке,

то есть в тот момент, когда падаль птицы находится в глотке человека.

А падаль

скота не оскверняет одежду, находясь в глотке.

Если его товарищ затолкал ему её в глотку, он вообще не становится нечистым; даже нечистым от прикосновения он не становится, поскольку это прикосновение к скрытым частям тела.

Итак,

в отношении какой Торы скот уподоблен птице, а птица — скоту?

Поскольку мы не находим в Торе прямого повеления совершать шхиту птице, поэтому это уподобление приходит

сказать тебе: как скот

освобождается от нечистоты и от запрета падали

посредством шхиты,

как сказано: «И совершит шхиту над сыном крупного скота»,

так и птица

хулин освобождается от своей нечистоты и запрета

посредством шхиты.

И барайта добавляет:

может быть,

[мы скажем],

как там,

у скота, он разрешается только

при перерезании большей части двух

симанов, а не одного,

так и здесь,

у птицы, она разрешается только

при перерезании большей части двух симанов?

Писание говорит: «Такова

Тора»,

тем самым исключая уподобление и устанавливая, что шхита птицы не во всём подобна шхите скота: у птицы достаточно перерезать один симан.

Рабби Элиэзер говорит: в отношении какой Торы скот уподоблен птице, а птица — скоту?

Но

сказать тебе: как птица

из посвящённых, для которой мицва состоит в мелике,

пригодна для жертвоприношения через шею,

то есть перерезанием симанов,

так и скот пригоден через шею

посредством перерезания симанов; и у скота нет различия между хулин и посвящёнными.

Но если там,

при мелике, он отсекает

со стороны затылка,

то есть с задней стороны птицы,

так и здесь,

при шхите, он должен резать

со стороны затылка,

а не спереди,

Писание говорит: «И свернёт ему голову со стороны затылка, но не отделит её»

[Ваикра, 5:8]. Тора ограничила это выражением, указывающим, что именно

его голова находится со стороны затылка, но голова другого не находится со стороны затылка,

отсюда следует, что шхита совершается со стороны шеи.

И мы задаём вопрос:

а рабби Элиэзер — это выражение «такова»,

которое истолковал первый таннай,

что он делает с ним

[как он его истолковывает]?

И мы отвечаем: подобно тому как первый таннай вывел из выражения «такова», что у птицы, в отличие от скота, нет необходимости перерезать оба симана, так и по мнению рабби Элиэзера

если бы не было сказано «такова», мы предположили бы,

что скот уподоблен птице во всех отношениях, и сказали бы:

как

грехоочистительная жертва из

птицы

пригодна

при

мелике

одного симана,

как сказано: «И свернёт ему голову, но не отделит её»,

так

при шхите

скота

достаточно

одного симана; поэтому Милосердный написал «такова»,

исключая уподобление и устанавливая, что у скота необходимо перерезать оба симана.

Теперь Гемара приводит танная, который учил подобно первому таннаю, что птица требует шхиты, но иным способом вывел, что для неё требуется перерезать только один симан.

Учил бар Капара:

сказано:

«Такова Тора о скоте и птице

и всяком живом существе, пресмыкающемся в воде» [Ваикра, 11:46].

Писание поместило птицу между скотом и рыбами,

называемыми «живым существом, пресмыкающимся в воде», чтобы показать: по своему закону птица занимает промежуточное положение между ними.

Обязать её

к шхите

двух симанов невозможно,

поскольку

она уже уподоблена рыбам,

которые полностью освобождены от шхиты.

Полностью освободить её

подобно рыбам

невозможно, поскольку она уже уподоблена скоту.

Как же это возможно? —

Она становится пригодной через один симан.

И мы задаём вопрос:

рыбы, которые не относятся к тем, для кого существует шхита, — откуда мы это знаем?

Откуда мы знаем, что рыбы не были уподоблены скоту и птице так, чтобы обязать их шхитой?

Или, может быть,

мы скажем,

поскольку написано: «Разве овец и крупный скот заколют для них? Или всех рыб морских соберут для них?»

[Бемидбар, 11:22], — отсюда

достаточно им одного лишь собирания

[одного лишь собирания им достаточно], то есть рыбам, и они не нуждаются в шхите.

Но тогда, что касается перепелов,

где также употреблено слово «собирание»,

как сказано: «И собрали перепелов»

[Бемидбар, 11:32], —

неужели также

мы

не посредством шхиты

ели их?

Ведь ты сказал: полностью освободить её невозможно, поскольку она уже уподоблена скоту.

Следовательно, из выражения «собрали» нельзя вывести, что собранное не нуждается в шхите.

И мы отвечаем:

там,

в стихе «И собрали перепелов»,

слово «собирание» не написано там, где

написано

«шхита

животных

других»,

и из выражения «собирание» нельзя заключить, что шхита не требуется.

Но

здесь,

в стихе «Если всех рыб морских соберут»,

слово «собирание» написано там, где

написано

«шхита

животных

других»,

поскольку там сказано: «Разве овец и крупный скот заколют для них?» Из того, что Тора различила их, употребив слово «шхита» в отношении овец и крупного скота и слово «собирание» в отношении рыб, следует, что рыбы не требуют шхиты.

Рабби Овер Галилейский

из жителей Галилеи истолковал: почему живые существа различаются по закону о шхите?

Скот —

созданный только из суши

и обладающий крепкой, сильной жизнью, поскольку происходит из твёрдого начала, поэтому

его пригодность

заключается

в двух симанах. Рыбы —

созданные только из воды

и обладающие слабой жизнью,

становятся пригодными «ничем»,

то есть подобно плодам.

Птица, созданная из тины,

то есть из смеси земли и воды, —

становится пригодной через один симан.

Сказал рав Шмуэль Капоткайский: знай,

что это так, то есть птицы были созданы также из воды,

ведь

птицы в определённой мере подобны рыбам, поскольку

у птиц на ногах есть чешуя, как у рыб.

В трактате Бехорот [5а] приводятся вопросы, которые правитель Кунтрикон задал Раббану Гамлиэлю, чтобы досадить ему, указывая на кажущиеся противоречия в Торе, а также ответы, которые дал ему Раббан Гамлиэль. Здесь Гемара приводит один вопрос и один ответ, относящиеся к нашей теме.

И ещё спросили: написано

[в одном стихе]

одно: «И сказал Бог: пусть воды кишат кишением, живыми существами, и птицы летают

над землёй» [Берешит, 1:20].

Следовательно, они были созданы из воды,

то есть из этого следует, что птицы были созданы из воды.

А

с другой стороны,

написано

в предыдущем стихе

«И создал Господь Бог из земли всех полевых зверей и всех птиц небесных. Следовательно, они были созданы из земли,

то есть из этого следует, что они были созданы из земли!

Сказал ему

Раббан Гамлиэль:

из тины

[смеси земли и воды]

они были созданы.

Увидел

Раббан Гамлиэль, что

его ученики смотрят друг на друга

и удивляются такому ответу.

Сказал им

Раббан Гамлиэль: неужели

вам кажется трудным, что я отразил своего врага соломой

и дал ему неправильный ответ? Но на самом деле

из воды

только

они были созданы,

как следует из первого стиха.

Почему же

птицы упомянуты в другом стихе вместе со зверями, созданными из земли? Потому что далее в этом стихе сказано, что Всевышний

привёл их к человеку

вместе со зверями,

чтобы дать им имена,

как сказано в стихе: «И создал Господь Бог из земли всех полевых зверей и всех птиц небесных, и привёл к человеку, чтобы увидеть, как он назовёт их». И часть стиха «и всех птиц небесных» относится только к продолжению: «и привёл к человеку, чтобы увидеть, как он назовёт их».

А некоторые говорят иначе,

как было приведено выше: птицы небесные упомянуты в стихе только в связи с наречением имён.

Сказал

Раббан Гамлиэль

тому правителю.

А согласно первому толкованию,

из которого следует, что птицы были созданы из тины,

он сказал своим ученикам,

увидев, что они удивляются: поскольку кажется, что истина состоит в том, что птицы были созданы из земли,

поскольку написано

«птицы небесные»

после

продолжения слова

«создал»,

и не следует понимать, что «птицы небесные» относятся не к началу стиха. Теперь Гемара приводит мнение, расходящееся с приведёнными выше барайтами, которые вывели из уподобления, что птица обязана шхитой. Согласно этому мнению, по закону Торы птица не обязана шхитой. Но и согласно этому мнению птица имеет статус невелы и по закону Торы оскверняет одежду того, кто её ест, пока она находится в его глотке. Однако Тора говорит о птице, которая умерла или была убита не посредством перерезания трахеи и пищевода; если же её трахея и пищевод были перерезаны, но она не была зарезана по законам шхиты, она разрешена в пищу, даже если ей сделали нехиру, то есть разрезали трахею и пищевод вдоль — от ноздрей до груди.

Сказал Рав Йеуда от имени рабби Ицхака бен Пинхаса: для птицы по закону Торы шхиты не существует. Как сказано:

«А если кто-либо из сынов Израиля или из пришельцев, живущих среди них, поймает зверя или птицу, которых можно есть, пусть прольёт её кровь и покроет её землёй» [Ваикра, 17:13]. Тора не сказала: «и зарежет», но

«пусть прольёт»,

чтобы сказать, что

простого пролития

её крови

достаточно.

И возражаем:

если так, то и для зверя

шхита по закону Торы не требуется, ведь и о нём сказано: «пусть прольёт»!

И отвечаем:

зверь —

уподоблен животным, ставшим непригодными для жертвоприношения.

Ведь о животных, посвящённых и ставших непригодными из-за обнаружившегося у них увечья, Тора сказала: «нечистый и чистый пусть ест его, как газель и как оленя» [Дварим, 12:15]. Тем самым Тора уподобила зверя домашнему животному в отношении шхиты.

И возражаем:

но и птица уподоблена домашнему животному, как сказано: «Вот закон о домашнем животном и о птице» !

И отвечаем:

ведь здесь написано: «и пусть прольёт её кровь»,

а если из уподобления мы выведем, что птица обязана подвергаться шхите, возникает вопрос: почему Тора не написала о птице: «и зарежет её»?

И возражаем:

почему ты решил отнести это к птице? Отнеси это к зверю! [

Что заставляет тебя отнести выражение «пусть прольёт» к птице, а не к зверю?] Ведь оба они уподоблены домашнему животному!

И отвечаем:

логичнее всего

сказать так

потому, что непосредственно перед этим упоминается птица [

поскольку стих завершает свою мысль о птице] и связывает её с выражением «пусть прольёт», ведь сказано: «зверя или птицу — и пусть прольёт».

Гемара приводит знак, указывающий на источники возражений против рабби Ицхака бен Пинхаса:

Знак: стал невелой, кровь, при мелике.

Мейтиви

против рабби Ицхака бен Пинхаса из Мишны:

тот, кто режет животное, а оно оказалось невелой

непреднамеренно, или

тот, кто делает нехиру или вырывает трахею и пищевод [

то есть вырывает их с места] намеренно,

не обязан покрывать

кровь, поскольку Тора сказала о покрытии крови: «зверь или птица, которых можно есть», — но не о крови невелы.

Гемара доказывает:

если ты говоришь, что для птицы по закону Торы шхиты не существует,

то

нехира

птицы

является её шхитой

и разрешает её в пищу. Если так,

пусть он будет обязан покрыть кровь!

И хотя птица запрещена в пищу по постановлению мудрецов, это не является основанием освободить её от обязанности покрыть кровь, установленной Торой!

И отвечаем:

разве ты полагаешь [

ты считаешь], что Мишна говорит

о птице? Нет,

Мишна говорит

о звере,

который по закону Торы обязан подвергаться шхите.

Та шма

из барайты, которая противоречит мнению рабби Ицхака бен Пинхаса:

тот, кто режет

животное, но не намерен есть его мясо, поскольку

он

не

нуждается

ни в чём, кроме

крови,

тем не менее

обязан покрыть

кровь и не сможет воспользоваться ею.

Как ему следует поступить? Пусть сделает ему нехиру или вырвет трахею и пищевод,

и тем самым он будет освобождён от покрытия крови, поскольку мясо запрещено в пищу.