Брахот 3b — Талмуд с русским переводом

Гемара разъясняет: эта причина требуется, чтобы запретить входить

в новую

в развалину нового здания, в которой разрушили стену или стена обрушилась из-за того, что была построена ненадлежащим образом , однако остальные стены не ослаблены и нет опасения, что они обрушатся; следовательно, запрет входить туда вызван только подозрением.

Гемара продолжает возражать: зачем же требуется причина «подозрение»,

ведь можно было бы вывести это

из опасения

вредоносных сил

которые также находятся в «новой» развалине?

Гемара разъясняет: причина «подозрение» необходима, чтобы запретить входить также

двум,

когда два человека входят в развалину вместе, поскольку в таком случае им не нужно опасаться вредоносных сил , и остаётся только причина подозрения.

Гемара отвергает это:

если

речь идёт

о двух,

то

подозрения также нет,

ведь уединение с женщиной разрешено двум мужчинам вместе .

Поэтому Гемара устанавливает, что барайта говорит

о двух распущенных людях,

поскольку уединение разрешено только двум достойным людям, но распущенным запрещено, и поэтому в их отношении возникает подозрение . Итак, несмотря на то что речь идёт о «новой» развалине, где нет опасения обрушения, и о «двух», которым не угрожают вредоносные силы, им всё же запрещено входить в развалину из-за подозрения.

Гемара возражает против второй причины:

«из-за опасения обрушения»

— зачем она нужна,

ведь можно было вывести это

из того, что входить запрещено

из-за «подозрения» и

также из-за

«вредоносных сил»?

?

Гемара разъясняет: опасение «обрушения» требуется

для двух достойных людей,

когда два достойных человека входят в развалину: поскольку их двое, им не нужно опасаться вредоносных сил, а поскольку они оба достойны, подозрения в их отношении нет; несмотря на это, им запрещено входить из-за опасения обрушения.

Гемара возражает против третьей причины:

«из-за вредоносных сил»

— зачем она нужна,

ведь можно было вывести это из-за подозрения и

из-за опасения

обрушения?

Гемара разъясняет:

в новой развалине, где находятся двое достойных людей,

то есть в новой развалине, где нет опасения обрушения уцелевших стен, а вошедшие — двое достойных людей, в отношении которых нет подозрения; несмотря на это, им запрещено входить из-за вредоносных сил.

Гемара удивляется:

если

речь идёт

о двух, то вредоносных сил также нет,

так почему же им запрещено входить?

Гемара отвечает:

в их местах опасаются,

то есть в месте, где они постоянно находятся, опасаются, что вредоносные силы причинят вред даже двум людям . И в таком месте, несмотря на отсутствие опасения обрушения и подозрения, входить запрещено из-за вредоносных сил.

А если хочешь, скажи иначе: всегда

причина «из-за вредоносных сил» требуется также

для одного,

то есть для одного человека, который собирается войти в развалину. Речь идёт

о новой развалине, находящейся в поле

[то есть в открытой местности]. Поскольку она новая, опасения обрушения нет, а

подозрения также нет,

нет такого опасения,

ведь женщина в поле встречается редко, и

однако опасение

вредоносных сил есть,

поскольку человек находится там один.

Гемара приводит разногласие, упомянутое выше, относительно числа ночных смен:

Учили мудрецы: ночью бывает четыре смены,

и каждая смена длится три часа,

таково мнение рабби. Рабби

Натан говорит: три

смены бывает ночью, и каждая длится четыре часа .

Гемара разбирает:

каково основание рабби Натана?

Гемара разъясняет:

ведь написано

[Шофтим 7:19]:

«И пришёл Гидон и сто человек, бывших с ним, к краю лагеря, в начале средней смены».

И

таннай

рабби Натан учил в барайте

не

называется

средней

[то есть центральной]

иначе как

если

перед ней и после неё есть другие смены.

Иными словами, поскольку мы встречаем выражение «средняя смена», необходимо, чтобы перед ней была одна смена и после неё одна смена; отсюда следует, что ночью бывает три смены.

Гемара спрашивает:

а рабби,

который считает, что ночью бывает четыре смены, как истолкует выражение «средняя»? Гемара разъясняет: рабби истолкует его так:

что означает «средняя»? —

одна из средних.

Иными словами, две средние смены называются «средними», поскольку перед каждой из них есть смена и после неё есть смена; выражение «начало средней смены» означает начало одной из средних смен.

Гемара спрашивает:

а рабби Натан

что ответит на возражение рабби?

Гемара разъясняет: рабби Натан ответит:

разве написано: “средняя из средних смен”,

что подразумевало бы наличие ещё одной средней смены?

Написано “средняя”,

что означает одну среднюю смену, перед которой есть одна смена и после которой есть одна смена; следовательно, смен всего три!

Гемара разбирает:

каково основание рабби,

что заставило его сказать, будто ночью бывает четыре смены?

Гемара разъясняет:

сказал Рав Зерика от имени Рава Ами от имени рабби Йеошуа бен Леви: в

одном стихе

[Теилим 119:62]

говорит

царь Давид:

«В полночь я встаю благодарить Тебя за Твои справедливые суды».

Следовательно, он вставал в полночь, то есть за шесть часов до конца ночи,

а

если бы

в другом стихе

говорил

царь Давид

сказано

[там же, 148]:

«Раньше рассвета открываются мои глаза,

чтобы размышлять о Твоём изречении», — то есть он вставал на две смены раньше рассвета.

Как же это возможно?

Как может быть, что он вставал в полночь, если до конца ночи всё ещё оставались две смены? — Необходимо, что

ночью бывает четыре смены!

Каждая смена длится три часа, и получается, что от полуночи до рассвета остаются ещё две смены.

Гемара спрашивает:

а рабби Натан,

что он ответит на доказательство рабби?

Гемара разъясняет: рабби Натан

согласен с мнением рабби Йеошуа, как мы учили

далее [9б]: до каких пор длится время чтения «Шма» утром?

Рабби Йеошуа говорит: до трёх часов

первых часов дня,

поскольку таков обычай царей

вставать [просыпаться ото сна]

в три часа

то есть в начале третьего часа дня . Поэтому царь Давид сказал: «Раньше рассвета открываются мои глаза», поскольку вставал на две смены раньше остальных царей:

шесть ночных часов

— шесть часов от полуночи до рассвета —

и два дневных часа,

то есть ещё два часа дня, когда цари всё ещё спят,

составляют

вместе восемь часов, что соответствует

двум сменам,

каждая из которых длится четыре часа, то есть треть ночи.

Рав Аши сказал,

что согласно рабби Натану стих можно объяснить иначе: действительно, от полуночи до рассвета проходит только шесть часов, то есть полторы смены, однако Давид всё же назвал их «сменами», поскольку

и полторы смены также называют «сменами».

И

ещё одна галахическая мысль:

сказал Рав Зерика от имени Рава Ами от имени рабби Йеошуа бен Леви: в присутствии умершего говорят только то, что относится к умершему,

то есть вещи, необходимые для оказания ему почёта.

Сказал рабби Абба бар Кахана: это сказано только о словах Торы,

то есть этот запрет относится только к словам Торы, которые не связаны с нуждами умершего , поскольку все обязаны заниматься словами Торы, а умерший безмолвствует, и это относится к категории «насмешка над бедным»,

но в отношении обычных разговоров это не имеет значения,

то есть говорить перед ним обычные вещи не запрещено: ведь молчание о них не является унижением, и умерший не испытывает бесчестья от того, что люди молчат.

А некоторые говорят,

что

сказал рабби Абба бар Кахана: “это сказано только

о запрете говорить в присутствии умершего

лишь

[даже ]

о словах Торы, и тем более об обычных разговорах”

— которые, конечно же, запрещено вести перед умершим.

Гемара возвращается к обсуждению слов Давида: «В полночь я встаю, чтобы благодарить Тебя», — и задаёт вопрос:

и

ведь

Давид

только

стоял в середине ночи

\[вставал со сна\]? Но ведь уже

с вечера

\[с начала вечера\]

он стоял,

как мы находим

ибо написано

\[Теилим, 119:147\]:

«Я опередил рассвет и воззвал»,

то есть, судя по смыслу, он воззвал уже вечером.

И откуда следует, что это «рассвет» — начало вечера

\[начало вечера\]

? —

Ибо написано

\[Мишлей, 7:9\]:

«В сумерках

\[которые бывают\]

вечером, в середине ночи и во мраке».

Следовательно, «сумерки» связаны с «вечером», то есть с началом ночи.

Гемара отвечает:

Сказал Рав Ошайя от имени раби Ахá:

Когда Давид сказал: «В полночь я встаю»,

он имел в виду следующее: ни разу полночь не застала меня спящим.

Поскольку он уже вставал раньше — то есть с начала ночи.

Раби Зейра сказал

другое объяснение: действительно, в начале вечера он уже вставал, однако

до полуночи

занимался Торой,

дремля, как лошадь,

подобно лошади, которая никогда не погружается в глубокий сон, а лишь дремлет и постоянно пробуждается, и поэтому сказал: «Я опередил рассвет и воззвал»;

с этого времени,

с полуночи

и далее он укреплялся, подобно льву,

и занимался Торой, — поэтому Давид сказал: «В полночь я встаю, чтобы благодарить Тебя».

Рав Аши сказал

другое объяснение: действительно, Давид вставал в начале ночи, как сказано: «Я опередил рассвет», однако

до полуночи он занимался словами Торы ,

с этого времени,

с полуночи

и далее

он занимался

песнопениями и восхвалениями ,

и поэтому Давид сказал: «В полночь я встаю, чтобы благодарить Тебя».

Гемара возражает против предположения, что «сумерки» означают «вечер»:

и

ведь

сумерки — это вечер? Но ведь сумерки — это рассвет,

утро

!

Как мы находим

ибо написано

\[Шмуэль I, 30:17\]:

«И поражал их Давид от рассвета до вечера следующего дня».

Разве не

имеется в виду, что он поражал их

от утра до ночи?

Следовательно, «сумерки» — это утро!

Гемара отвечает:

Нет.

«Сумерки» означают не утро, а вечер, и смысл стиха таков: Давид поражал их

от вечера до вечера,

от одного вечера до следующего.

Гемара спрашивает:

Если так,

что он поражал их от вечера до вечера,

пусть было бы написано: «от сумерек до сумерек»,

или

«от вечера до вечера».

Из изменения формулировки стиха, начинающегося словом «сумерки» и заканчивающегося словом «вечер», следует, что «сумерки» — это утро.

Гемара отвечает:

Но сказал Рава: «Сумерки» означают «прыгнуло и прошло», то есть время смены состояний,

затем

и бывают двое сумерек:

существуют два времени, называемых «сумерками»: а)

сумерки ночи

— на рассвете, когда ночь прошла,

и

затем

приходит день,

при восходе солнца; промежуточное время называется «сумерками». б)

сумерки дня

— при заходе солнца, когда день прошёл,

и

затем

приходит ночь,

с появлением звёзд; промежуточное время называется «сумерками» . Когда Давид сказал: «Я опередил сумерки», он имел в виду начало вечера. А смысл стиха «И поражал их Давид от сумерек до вечера» таков: от утренних сумерек до вечера.

Гемара удивляется:

А Давид,

сказавший: «В полночь я встаю» ,

откуда он знал, когда наступает середина ночи,

точно определяя этот момент?!

Ведь теперь: Моше-рабейну не знал,

когда именно наступает полночь,

поскольку

ведь

написано,

что Моше сказал фараону [Шмот, 11:5]:

«Около полуночи я выйду среди Египта».

На первый взгляд это вызывает удивление:

почему

он использовал выражение

«около полуночи»,

то есть неопределённую формулировку, словно сказал: «примерно в полночь»?

Если скажешь,

что

Всевышний сказал ему: «около полуночи»,

и он именно так передал это фараону, — такое объяснение невозможно,

ведь разве есть сомнение перед Небесами,

когда наступает точная середина ночи?

Но,

необходимо сказать,

что Он сказал ему,

Всевышний сказал Моше:

«(завтра) в полночь

(как сегодня)

Я выйду из Египта», —

а он пришёл и сказал

фараону

«около полуночи»,

поскольку не умел точно определить момент полуночи и не хотел сообщать им то, что сам в момент события не смог бы доказать.

Следовательно, для Моше это было неопределённо,

когда именно наступает полночь,

и

как же

Давид знал,

когда наступает полночь?!

Гемара отвечает:

у Давида был знак,

позволявший ему точно определить время полуночи.

Ибо сказал Рав Аха бар Бизна от имени раби Шимона Хасиды: арфа была подвешена над ложем Давида, и когда наступала полночь, северный ветер начинал дуть на неё, и она играла сама собой.

Тотчас он вставал и занимался Торой до восхода

рассвета.

Когда взошёл рассвет, к нему вошли мудрецы Израиля

заниматься общественными делами,

и сказали ему

Наш господин, царь, народ Израиля нуждается в средствах к существованию!

Он сказал им

Давид:

Идите и обеспечивайте себя друг за счёт друга,

пусть богатые содержат бедных.

Они сказали ему: горсть не насытит льва,

полной пригоршни сена недостаточно, чтобы насытить льва,

и

яма не наполняется своей выемкой.

Это притча: если вынуть из дна ямы ком земли и бросить его обратно в яму, яма от этого не наполнится; нужно принести дополнительную землю из другого места. Так и здесь: мы не можем восполнить недостаток бедных среди нас, если только не принесём средства из другого места.

Он сказал им

Давид:

Идите и протяните руки,

чтобы сражаться

с отрядом

и принести добычу для народа.

Тотчас советуются с Ахитофелом,

идут советоваться с Ахитофелом, чтобы он указал им путь, которым следует идти на войну, а также военные уловки,

и

после этого получают

разрешение у Санhedрина

выступить на войну, чтобы мудрецы молились за них,

и спрашивают через урим и туммим,

одержат ли они победу в войне.

Сказал Рав Йосеф: каков стих?

Где в Писании мы находим, что порядок был именно таким: сначала советовались с Ахитофелом, затем с Санhedрином, а после этого спрашивали через урим и туммим?

Ибо написано

\[Диврей hа-ямим I, 27:34\]:

«После Ахитофела — Бенаяу, сын Йеояды, и Эвьятар, а военачальник царя — Йоав».

Ахитофел —

это советник,

у которого они брали совет о том, как вести войну.

И так же он говорит

\[Шмуэль II, 16:23\]:

«Совет Ахитофела, который он давал в те дни, был подобен вопросу

(человека) о слове Всевышнего».

Следовательно, Ахитофел был советником.