Бава Меция 95b — Талмуд с русским переводом

Но

необходимо сказать так:

таннай,

только

то, ![](pamud.bmp "

точное положение страницы")

что прямо написано в Торе, он излагает, а то, что выводится посредством драшá, он не излагает [тана нашей Мишны излагает только то, что прямо написано в Торе, а не то, что выведено посредством драшá], поскольку таннай здесь не пришёл сообщить нам, какой хранитель освобождается от ответственности, а какой хранитель обязан, когда владельцы находятся вместе с ним, — он пришёл сообщить, в какой момент владельцы должны заниматься его работой, чтобы он освободился от ответственности.

Гемара возражает барайтой против того, кто освобождает:

Гемара возражает против мнения того, кто освобождает от ответственности:

та шма

из того, что мы учили:

«Взял взаймы

[взял взаймы корову]

и взял взаймы её владельца вместе с ней,

или

взял её внаём и нанял её владельца вместе с ней,

или

взял её взаймы и нанял её владельца вместе с ней,

или

взял её внаём и взял взаймы её владельца вместе с ней.

Во всех этих случаях —

даже если владельцы выполняют работу

для того, кто взял животное взаймы или внаём,

в другом месте

а не вместе с животным,

и оно умерло

у взявшего взаймы либо было украдено у взявшего внаём —

он освобождается от ответственности».

Теперь Гемара приводит разногласие таннаев относительно закона о взявшем животное внаём, чтобы выяснить, мнению кого следует эта барайта.

В конце раздела о взявшем взаймы Тора говорит [Шмот, 22:14]: «Если он наёмный, то приходит за плату своей». Смысл стиха таков: если он не взял животное взаймы, а заплатил за право пользоваться им, его закон не подобен закону взявшего взаймы, который обязан даже в случае несчастного случая.

Однако Тора не разъяснила, подобен ли закон взявшего животное внаём закону бесплатного хранителя или закону платного хранителя. Поэтому таннаи разошлись во мнениях.

Рабби Меир говорит: взявший животное внаём имеет статус бесплатного хранителя, поскольку он не получает платы за его охрану .

Рабби Йеуда говорит: взявший животное внаём имеет статус платного хранителя, поскольку получает выгоду от вещи .

А эта барайта

исходила из предположения

[так полагали относительно неё]:

«Кто её автор? Это рабби Йеуда, который говорит: взявший животное внаём

имеет статус

платного хранителя»,

и потому в барайте не был упомянут закон о бесплатном хранителе.

И возражаем:

«Но ведь этот таннай излагает положение, выведенное посредством драшá» [ведь этот таннай излагает то, что выведено посредством драшá], а не только то, что прямо написано в Торе, как таннай нашей Мишны: ведь он излагает, что закон взявшего животное внаём подобен закону платного хранителя, а закон платного хранителя выведен посредством драшá,

И возражаем:

«а бесплатного хранителя

он не излагает!»

И получается, что в отношении него нет освобождения из-за того, что владельцы находятся вместе с ним, поскольку его единственная ответственность возникает лишь при небрежности, а за небрежность, допущенную, когда владельцы находятся вместе с ним, он обязан!

И отвечаем:

«Кто её автор? Это рабби Меир, который говорит: взявший животное внаём подобен бесплатному хранителю»,

и обязан только в случае небрежности, но всё же освобождается от ответственности, когда владельцы находятся вместе с ним.

А таннай излагает закон о бесплатном хранителе,

который, хотя обязанность его возникает только при небрежности, освобождается, когда владельцы находятся вместе с ним,

и то же самое относится к платному хранителю,

который освобождается от всех видов ответственности.

Можно сказать иначе: эту барайту можно истолковать в соответствии с мнением рабби Йеуды, с которым везде следует галаха в его разногласии с рабби Меиром ,

,

и, как передаёт Раба бар Авуха, он излагал

у Раба бар Авухи была обратная версия барайты, и он учил её так:

«Как взявший животное внаём возмещает ущерб?»

Рабби Меир говорит: как платный хранитель.

Рабби Йеуда говорит: как бесплатный хранитель».

Сказал Рав Хамнуна:

существуют два условия освобождения, когда владельцы находятся вместе с ним:

1.

Он всегда

[взявший животное взаймы]

обязан

за несчастный случай и не освобождается

до тех пор, пока

животное и владельцы не будут заняты одной и той же работой для нужд взявшего животное взаймы, например

корова должна пахать,

или

осёл, а владелец погоняет его сзади

[ведёт его], поскольку стих «если владелец его с ним» следует понимать буквально: владелец работает вместе с животным.

2.

И

взявший животное взаймы не освобождается

до тех пор, пока владельцы не будут

заняты вместе с ним работой

с момента взятия взаймы до момента, когда животное сломает себе конечность или умрёт.

Гемара делает вывод:

«Следовательно, Рав Хамнуна считает,

что слова Торы

„владелец его с ним“ относятся ко всему случаю [ко всему сказанному в этом разделе]: и к словам „если кто возьмёт взаймы“, и к словам „и оно сломает себе конечность или умрёт“ — во всех этих случаях действует освобождение „если владелец его с ним“».

[Тем самым Рав Хамнуна вводит новшество, не сказанное в Мишне, поскольку в Мишне сказано только, что если его владельцы были с ним во время несчастного случая, но не были во время взятия, он не освобождается. Однако в Мишне не разъяснено, каков закон, если они были с ним только во время взятия, но не были во время несчастного случая: возможно, необходимо, чтобы они были с ним только во время взятия, а возможно, необходимо, чтобы они были с ним также и во время несчастного случая.

Тем самым Рав Хамнуна вводит положение, которого нет в Мишне. В Мишне сказано лишь, что если владельцы были вместе с ним в момент несчастного случая, но не были вместе с ним в момент взятия животного взаймы, он не освобождается. Однако в Мишне не разъяснено, каков закон, если владельцы были вместе с ним только в момент взятия взаймы, но не были вместе с ним в момент несчастного случая: возможно, достаточно, чтобы они были вместе с ним в момент взятия взаймы, а возможно, требуется, чтобы они были вместе с ним и в момент несчастного случая.

Рав Хамнуна считает, что для освобождения взявшего животное взаймы владельцы должны быть вместе с ним и в момент взятия взаймы, и в момент несчастного случая.

Раба же, как сейчас будет разъяснено, оспаривает оба эти положения.

Сначала Раба возражает против первого положения, а затем — против второго.

Возразил Раба

из того, что мы учили:

«Взял животное взаймы и взял взаймы его владельца вместе с ним, взял его внаём и нанял его владельца вместе с ним, взял его внаём и взял взаймы его владельца вместе с ним — даже если владельцы выполняют работу в другом месте, и животное умерло» —

он освобождается от ответственности.

Раба делает вывод:

«Разве не

[по-видимому], слова

„в другом месте“ означают „на другой работе“

а не так, как сказал Рав Хамнуна, что владельцы должны вместе с животным выполнять одну и ту же работу?» И отвечаем:

«Нет»,

имеется в виду, что владелец занят

той же работой.

Но что же тогда означает „в другом месте“? —

что он разрыхляет землю и идёт перед ним:

тот, кто даёт животное взаймы, копает землю перед ним, облегчая ему пахоту, но не находится непосредственно на том же месте.

И возражаем:

«Но из заключительной части, где сказано „на его спине“, следует, что

в заключительной части

начальная часть

говорит о том, что он выполняет

другую работу,

как будет разъяснено».

Ведь в заключительной части сказано: „Взял животное взаймы, а затем взял взаймы его владельца; взял его внаём, а затем нанял его владельца вместе с ним — даже если владельцы пашут на его спине“ —

он обязан.

Освобождения, когда владельцы находятся вместе с ним, нет, поскольку они не были вместе с ним в момент взятия коровы взаймы или внаём.

Получается, что в заключительной части барайта вводится новое положение: даже если владельцы действительно были вместе с ним, это не помогает освободиться, поскольку они не были вместе с ним в момент взятия животного взаймы. Следовательно, аналогичное новое положение вводится в начальной части: даже если владельцы выполняли другую работу, это помогает освободиться, поскольку они были вместе с ним в момент взятия животного взаймы.

И отвечаем:

«Начальная и заключительная части говорят об одной и той же работе»,

поскольку если владельцы выполняли другую работу, это не считается случаем, когда владелец находится вместе с ним.

И

всё же

начальная часть содержит новое положение

[новшество]

и сообщает нам

об освобождении,

а заключительная часть содержит новое положение и сообщает нам

об обязанности. Следует найти новое содержание и в начальной, и в заключительной части даже при условии, что речь идёт об одной и той же работе.

Начальная часть содержит новое положение и сообщает нам: хотя он находится не прямо на его спине

непосредственно,

а

перед ним, но только

если он выполняет ту же работу, поскольку владельцы были вместе с ним в момент взятия взаймы —

он освобождается.

Заключительная часть содержит новое положение и сообщает нам: хотя он находится на его спине, поскольку владельцы не были вместе с ним в момент взятия взаймы —

он обязан.

И удивляемся:

«Как же так?! Если, допустим, начальная часть говорит о другой работе, а заключительная — об одной и той же работе,

как понимал Раба, тогда действительно понятно, какое новое содержание есть в начальной и заключительной частях, поскольку

в этом и состоит их новизна

.

Но если ты скажешь, что начальная и заключительная части говорят об одной и той же работе,

как мы хотели ответить согласно мнению Рава Хамнуны,

в чём же новизна?!

Ведь

и то и другое

[одно и другое]

относится к одной и той же работе,

и с точки зрения рассуждения нет никакой разницы между тем, находится ли он на его спине или перед ним.

Тем самым Раба опроверг первое положение Рава Хамнуны. Теперь Раба приступает к опровержению и второго его положения .

И ещё учили,

что владельцам не обязательно быть вместе с ним и в момент взятия животного взаймы, и в момент несчастного случая.

Как учили:

«Из самого сказанного

в Торе

„если владелец его с ним, не возмещает“

следует вопрос:

разве я не знаю

из этого,

что если владелец его не с ним, он непременно возмещает?!»

«Но зачем же сказано

[что сообщает нам Писание]

„владелец его не с ним,

он непременно возмещает“?

Чтобы сказать тебе:

если

он был вместе с ним

владелец

в момент взятия животного взаймы, ему не нужно быть вместе с ним в момент, когда оно сломает себе конечность или умрёт,

и всё же он считается владельцем, находящимся вместе с ним. Но если

он был вместе с ним в момент, когда животное сломало себе конечность или умерло, он должен быть вместе с ним в момент взятия животного взаймы».

Таким образом, барайта говорит, что всё определяется моментом взятия животного взаймы, вопреки мнению Рава Хамнуны.

Ниже Гемара разъяснит, каким образом барайта выводит это положение из стихов.

И учили в другой барайте:

существует другая барайта, говорящая о том же в иной формулировке и выводящая то же положение посредством немного изменённой драшá .

Как учили:

«Из самого сказанного

„владелец его не с ним — он непременно возмещает“

следует вопрос:

разве он не знает

из этого,

что если владелец его с ним, он не возмещает?! Но зачем же сказано: „если владелец его с ним“?»

«Чтобы сказать тебе: как только

взятая взаймы корова

вышла из владения ссужающего на один момент, когда владелец был вместе с ним, и умерла —

он освобождается от ответственности,

поскольку решающим является момент взятия животного взаймы».

И делаем вывод:

«Тиювта против Рава Хамнуны — тиювта»,

и оба его положения отвергнуты.

Теперь Гемара разъясняет, каким образом барайты вывели из стихов изученное положение; существует два способа объяснения.

Абайе придерживается мнения рабби Йошии,

приведённого выше [94б], который считает, что если Тора написала два предмета, соединив их буквой «вав», оба должны присутствовать вместе в отношении закона, о котором говорится.

И объясняет

Абайе

стихи

«если кто возьмёт взаймы… и оно сломает себе конечность или умрёт… владелец его не с ним… если владелец его с ним»

в соответствии с мнением рабби Йошии.