Бава Кама 47a — Талмуд с русским переводом

И если

нет коровы

— она пропала или умерла

, взыскивают четверть ущерба

лишь

с

о

приплода

— ведь с неостережённого быка, причинившего ущерб, взыскивают только из его тела.

Однако если бы приплод действительно участвовал в нападении, потерпевший мог бы взыскать с приплода весь половинный ущерб, как будет разъяснено ниже. Но теперь, поскольку это сомнительно, они делят его между собой, и он взыскивает только четверть ущерба.

И мы делаем вывод из слов Равы: то, что если нет коровы, взыскивают только четверть ущерба,

объясняется

тем, что

мы не знаем, был ли приплод вместе с ней

[при корове]

во время нападения или его не было

вместе с ней в момент нападения.

Но если нам совершенно ясно, что приплод был вместе с ней во время нападения, взыскивают весь половинный ущерб с

о

приплода

; то есть если нам известно, что приплод участвовал в нападении, потерпевший может взыскать с приплода всю сумму половинного ущерба, если коровы нет.

И

Рава следует своему мнению

[своему методу рассуждения]:

Ибо сказал Рава: с коровы, причинившей ущерб, взыскивают

также

с

о

её приплода

, и

по какой причине?

Потому что приплод

является телом

коровы

.

Но

если курица причинила ущерб, с её яйца не взыскивают,

и

по какой причине?

Потому что яйцо

лишь выделение,

то есть яйцо — это нечто, выделяемое из курицы, и оно не является частью её тела.

И сказал Рава

: а. Когда бык напал на корову и в результате нападения корова выкинула приплод, при оценке ущерба

не оценивают корову отдельно, а приплод отдельно.

Но приплод оценивают вместе с коровой:

сколько стоила корова, когда была беременной, и сколько она стоит теперь без приплода. Разница и составляет стоимость приплода, и в случае сомнения причинивший ущерб выплачивает потерпевшему половину стоимости приплода.

Ибо если ты не скажешь так

и захочешь оценивать корову отдельно, а приплод отдельно,

то окажется, что ты занижаешь оценку

и наносишь убыток

причинившему ущерб,

а нам известно , что всякий раз, когда оценивают ущерб, следует облегчать положение причинившего ущерб. [Ниже Гемара возражает: если по закону следует оценивать каждого отдельно, откуда следует, что нужно облегчать положение причинившего ущерб?!]

б.

То же самое ты находишь в случае срезавшего руку рабу

ханаанскому

своего товарища,

а именно: не оценивают руку отдельно, определяя, сколько человек пожелал бы получить за то, чтобы отрезать руку такому рабу , а оценивают этого раба: сколько он стоил прежде и сколько стоит теперь, и причинивший ущерб выплачивает владельцу раба разницу.

Ибо если ты не скажешь так и захочешь оценивать руку отдельно, то человек, видящий своего раба целым, не согласился бы отрезать ему руку иначе как за большие деньги; и окажется, что ты занижаешь оценку и наносишь убыток причинившему ущерб.

в.

То же самое ты находишь в случае с причинившим ущерб полю своего товарища:

если он съел одну грядку, её не оценивают отдельно, а оценивают участок размером в «бейт-сеа» на этом поле, сколько он стоил прежде и насколько уменьшилась его стоимость из-за этой грядки.

Ибо если ты не скажешь так и захочешь оценивать грядку отдельно, её стоимость окажется высокой, и тем самым ты занижешь оценку и нанесёшь убыток причинившему ущерб.

Сказал

[спросил]

ему Рав Аха, сын Равы, Раву Аши: «А если по закону действительно следует занижать оценку для причинившего ущерб?!»

То есть если по строгому закону следует оценивать корову отдельно, а приплод отдельно, поскольку корова и приплод — два тела, то почему нас должно заботить, что причинивший ущерб понесёт убыток, и каким образом это может быть основанием для освобождения его от обязанности?!

Сказал ему Рав Аши:

«Потому что он [причинивший ущерб] говорит ему

[потерпевшему]:

“Беременная корова причинила тебе ущерб”,

и поэтому

беременную корову мы оцениваем для тебя,

то есть корова и приплод считаются одним телом — «беременной коровой», и поэтому мы облегчаем положение причинившего ущерб, оценивая приплод вместе с его матерью».

В связи с тем, что выше упоминалось: «корова принадлежит одному человеку, а приплод — другому», Гемара обсуждает, как оценивать стоимость доли владельца коровы и владельца приплода:

Нам

очевидно,

что если

корова принадлежит одному

человеку,

а приплод — одному

человеку [другому], то

стоимость, обусловленная упитанностью

— то есть увеличение стоимости коровы благодаря её жирности, —

принадлежит

владельцу

коровы,

а не владельцу приплода, поскольку упитанность возникла не благодаря приплоду.

Но в отношении

объёма

— увеличения стоимости коровы благодаря её большему объёму — возникает сомнение:

каков

здесь закон?

Рав Папа сказал:

объём

принадлежит владельцу коровы,

поскольку объём находится в теле коровы, а приплод лишь является причиной увеличения объёма.

Рав Аха, сын Рав Ики, сказал: “Делят”

между собой владелец коровы и владелец приплода, поскольку в конечном счёте приплод участвует в том, что корова выглядит большей по объёму.

И галаха: делят.

Мишна:

а.

Гончар

[изготовитель глиняной посуды]

внёс

свои

горшки

во двор

хозяина дома без его разрешения,

во двор хозяина дома,

и его животное разбило их,

то хозяин дома

свободен

от выплаты стоимости горшков, поскольку хозяин дома говорит владельцу горшков: «Кто разрешил тебе войти и внести своё имущество в моё?!»

А если его животное пострадало от них,

то

владелец горшков обязан

возместить причинённый ему ущерб.

А если внёс

гончар свои горшки

с разрешения

хозяина [двора], и горшки разбились, то

обязан хозяин двора.

В Гемаре приведены два объяснения этого закона:

Первое: хозяин двора обязан лишь в том случае, если их разбило его животное, поскольку обычно он принимает на себя охрану горшков от ущерба, который может причинить его собственное животное.

Второе: хозяин двора обязан за ущерб, причинённый горшкам, даже если они разбились от ветра, поскольку, сказав ему: «Войди», он имел в виду: «Войди, и я буду охранять твои горшки», — и стал полноценным хранителем горшков.

б. Если

внёс

человек

свои плоды во двор хозяина дома без разрешения, и его животное съело их,

то хозяин дома

свободен

от выплаты стоимости плодов, поскольку человеку не следовало вносить их туда.

А если его животное пострадало от них

— например, поскользнулось на них, — то

владелец плодов обязан

возместить причинённый ему ущерб.

А если внёс

этот человек свои плоды

с разрешения

хозяина двора, то

обязан хозяин двора

возместить ущерб, если их съело его животное, согласно двум объяснениям, приведённым выше.