Бава Батра 19a — Талмуд с русским переводом

Потому что, если это в виде зерна, ![](pamud.bmp "

точное положение на странице")

его невозможно обнаружить, а если в виде щепы, то плоды снова прорастают!

Мы учили в Мишне:

«И не прачечный бассейн и т. д.»:

Сказал Рав Нахман от имени Рабы бар Авухи: не учили

в нашей Мишне, что от прачечного бассейна следует отдалиться на три тефаха,

а только от махмецана.

В те времена стирали следующим образом: сначала одежду на день или два замачивали в яме с водой, содержащей собачьи испражнения, пока вода не начинала бродить и не приобретала дурной запах; это называлось «махмецан». Затем одежду помещали в другую яму с водой и стирали и терли её там, удаляя всю грязь. Эта яма называлась «недаян».

От махмецана достаточно отдалиться на три тефаха, поскольку вода остаётся там и не разбрызгивается далеко.

Но от недаяна —

на четыре локтя.

Поскольку там одежду трут, вода разбрызгивается далеко; поэтому от него необходимо отдалиться на четыре локтя.

Теперь Гемара приводит доказательство словам Рава Нахмана:

Также была приведена барайта: «От прачечного бассейна — четыре локтя».

В барайте мы учили, что от прачечного бассейна следует отдалиться на четыре локтя.

Однако Гемара возражает:

«Но ведь мы учили в Мишне: три тефаха!»

Ведь в Мишне сказано, что достаточно отдалиться на три тефаха.

Следовательно, разве не следует отсюда, что это соответствует словам Рава Нахмана?

Чтобы разрешить это противоречие, необходимо сказать, что Мишна говорит о махмецане, поэтому достаточно отдаления на три тефаха, тогда как барайта говорит о недаяне, поэтому требуется отдаление на четыре локтя.

А некоторые передают это как самостоятельное возражение,

то есть некоторые ученики бейт-мидраша сначала поставили в бейт-мидраше вопрос о противоречии между Мишной и барайтой:

«Мы учили: от прачечного бассейна — три тефаха».

А ведь в барайте учили: четыре локтя!?

И чтобы разрешить это противоречие,

сказал Рав Нахман от имени Рабы бар Авухи: «Нет противоречия: здесь речь идёт о махмецане, а здесь — о недайане».

Рав Хия, сын Рава Авьи, передавал это прямо,

то есть он учил барайту с добавлением к закону, приведённому в Мишне, и говорил: от прачечного бассейна следует отдалиться на три тефаха,

«если только он не отдалился от края махмецана и от стены на три тефаха».

В барайте прямо сказано, что речь идёт о махмецане, а не о недайане.

Мы учили в Мишне: «Не следует копать и т. д., если только он не отдалился от стены своего товарища на три тефаха»,

«и не покрыл известью».

Передали в бейт-мидраше вопрос: «Учили ли мы: “и покрыть известью”, или, возможно, учили: “или покрыть известью”?

Ученики бейт-мидраша сомневались, следует ли понимать Мишну так, что необходимо и отдалиться на три тефаха, и покрыть известью, или достаточно выполнить одно из двух: отдалиться на три тефаха либо покрыть известью.

Гемара разрешает сомнение:

«Очевидно,

это просто,

что мы учили: “и покрыть известью”.»

В первой части Мишны имеется в виду, что нужно и отдалиться, и покрыть известью.

«Ведь если ты решишь, что мы учили: “или покрыть известью”, то почему бы не объединить оба случая и не преподать их вместе?!»

Если сказать, что достаточно либо отдалиться, либо покрыть известью, то во второй части Мишны — «отдаляются от выжимок и т. д.», где также сказано «и покрыть известью», — Гемара могла бы без труда понять это как «или покрыть известью», поскольку вред там не настолько велик, чтобы требовались и отдаление, и покрытие известью. А если и в первой части имеется в виду «или покрыть известью», то почему Мишна разделила их на два отдельных раздела? Ведь закон в обоих случаях одинаков. Следовательно, в первой части требуются и отдаление, и покрытие известью, а во второй — либо отдаление, либо покрытие известью; поэтому таннай разделил их на два раздела.

Гемара отвергает это рассуждение:

«Возможно, потому что этот вид вреда не подобен тому виду вреда».

На самом деле и в первой, и во второй части мы учили: «или покрыть известью». А Мишна разделила их на два раздела потому, что вид вреда в первой части не подобен виду вреда во второй:

«В первой части — вред от влаги; во второй — вред

от жара».

В первой части вред вызывается влажностью и сыростью, находящимися в яме и прочих подобных местах, а во второй вред вызывается жаром, который исходит от выжимок, навоза и других подобных веществ. Поэтому таннай не объединил их вместе.

Та шма —

доказательство из того, что мы учили в барайте [выше, 17б]:

«Раби Иеуда говорит: если между участками находится камень, который можно разбить руками, один копает свою яму с этой стороны, а другой копает свою яму с той стороны. Один отдаляется на три тефаха и покрывает известью, и другой отдаляется на три тефаха и покрывает известью».

Если между двумя полями находится камень, причём этот камень — «разбиваемый руками», то есть настолько мягкий, что его можно раздробить одними руками, без инструмента, и каждый хочет выкопать яму на своей территории, то каждый должен отдалиться на три тефаха от межи и покрыть известью.

Гемара делает вывод:

«Причина именно в том, что он “разбиваемый руками”. Следовательно, если он не “разбиваемый руками”, то нет».

Из того, что сказано «разбиваемый руками», следует, что если камень настолько твёрд, что его нельзя разбить руками, закон иной. Очевидно, это означает, что не требуется одновременно отдаляться и покрывать известью. Следовательно, отсюда можно было бы разрешить сомнение относительно нашей Мишны: её смысл — «или покрыть известью», поскольку Мишна говорит не о камне, разбиваемом руками, а о камне вообще.

Гемара отвергает это:

«На самом деле даже если он не разбиваемый руками, всё равно требуется покрыть известью»,

то есть даже в случае камня, не разбиваемого руками, закон таков: необходимо отдалиться и покрыть известью.

А

то, что барайта говорит

«разбиваемый руками»,

—

это понадобилось ей

сказать, поскольку

«можно было бы подумать: раз он разбиваемый руками, следует отвести больше места; поэтому барайта сообщает нам, что это не так».

Барайта сообщает новое: хотя камень мягкий и «разбиваемый руками», всё же достаточно отдалиться на три тефаха и покрыть известью. Ведь можно было бы подумать, что поскольку он разбивается руками, необходимо отдалиться более чем на три тефаха. Поэтому барайта сообщает, что для камня, разбиваемого руками, и для камня, не разбиваемого руками, закон одинаков: отдалиться на три тефаха и покрыть известью.

Мы учили в Мишне:

«Отдаляются от выжимок, от навоза, от соли и от

извести, и от

камней и т. д.»

Мы учили там,

то есть в трактате Шабат, в начале четвёртой главы:

«Чем укрывают и чем не укрывают?»

Если человек хочет укрыть горшок в канун Шабата, чтобы сохранить его тепло до трапезы Шабата, ему разрешается укрыть его только веществом, сохраняющим уже имеющееся тепло, но не веществом, которое добавляет тепло. Причина в том, что мудрецы установили запрет: если разрешить укрывать горшок веществом, добавляющим жар, человек может начать укрывать его также в горячей золе. В горячей золе могут остаться тлеющие угли, готовые погаснуть, и, укрывая в них горшок, он станет ворошить угли, в результате чего разожжёт огонь в Шабат. Поэтому мудрецы полностью запретили укрывать горшок любым веществом, добавляющим жар.

Мишна разъясняет, какие вещества не добавляют жар и в них разрешается укрывать горшок, а какие вещества добавляют жар и укрывать в них запрещено.

«Не укрывают ни в выжимках, ни в навозе, ни в соли, ни в извести, ни в песке — ни во влажных, ни в сухих».

Все эти вещества добавляют жар, поэтому укрывать в них запрещено.

Гемара разбирает:

«Чем отличается здесь, где сказано

“камни”, а не сказано “песок”, от того, что сказано там,

в трактате Шабат,

“песок”, а не сказано “камни”!?»

В нашей Мишне сказано, что от выжимок и тому подобных веществ следует отдаляться, поскольку они добавляют жар [тепло] и поэтому вредят стене; здесь перечислены выжимки, навоз, соль, известь и «камни». В Мишне трактата Шабат также обсуждается, какие вещества добавляют жар; там перечислены выжимки, навоз, соль и известь, но «камни» опущены, а вместо них добавлен «песок».

Получается, что между нашей Мишной и Мишной в трактате Шабат есть два различия: здесь таннай упомянул камни и не упомянул песок, а там упомянул песок и не упомянул камни?

Сказал Рав Йосеф: «Потому что люди не имеют обыкновения укрывать в камнях».

Поэтому таннай, говорящий об укрывании, не рассматривает такой случай.

Сказал ему Абайе

Раву Йосефу:

«Разве люди имеют обыкновение укрывать в овечьей шерсти и в полосах багряной шерсти!?»

То есть в шерсти, состриженной с животного до её обработки, и в полосах багряной шерсти — окрашенной в красный цвет шерсти, которую после окрашивания снова разглаживали гребнем и делали из неё полосы.

И всё же таннай в трактате Шабат говорит об укрывании таким способом!

«Ибо было изучено: укрывают в овечьей шерсти

(шерсти после стрижки, когда она ещё не обработана),

в очёсах шерсти

(шерсти после расчёсывания и разбивания гребнем),

в полосах багряной шерсти

(шерсти после окрашивания, которую снова разгладили гребнем и сделали из неё продолговатые пучки, похожие на язык),

и в очёсках —

«очёс» — это то, что истёрлось от старой шерстяной одежды, когда её расчёсывают специальным гребнем, чтобы убрать «колючки» шерсти, выступающие из-за длительной носки одежды.

«Но переносить их нельзя».

Запрещено переносить все перечисленные здесь предметы, поскольку они относятся к мукце. Тем не менее в канун Шабата разрешается укрыть в них горшок, а в Шабат вынуть горшок и передвинуть эти предметы посредством перемещения «через бок», то есть косвенным способом.

Отсюда видно, что хотя люди обычно не укрывают в этих материалах, таннай всё же говорит о таком способе; значит, это возражение против Рава Йосефа.

Поэтому Абайе предлагает другое объяснение:

«Но, — сказал Абайе, — “пусть его товарищ укажет на него”!

Это поговорка [стих из книги Иова, глава 36], которую используют, чтобы сказать: то, что упомянуто в одном месте, может указать [«сообщить»] на другое место, подобное ему [«его товарищ»].

Здесь таннай упомянул камни — и то же относится к песку.

Там таннай упомянул песок — и то же относится к камням.

Поскольку обе Мишны — здесь и в трактате Шабат — говорят об одном и том же: о веществах, добавляющих жар, то, когда здесь написано «камни», а там написано «песок», каждое из этих упоминаний указывает на другое, то есть на другую Мишну, показывая, что и второй материал входит в число веществ, добавляющих жар. Поэтому там, где написано «камни», закон относится и к песку, а там, где написано «песок», закон относится и к камням.

Сказал ему Рава: «Если

ты опираешься на

“пусть его товарищ укажет на него”, то следовало бы перечислить все вещества в одной Мишне, а в другой упомянуть лишь одно из них и сказать, что тот же закон относится к остальным».

Ведь если каждая Мишна полагается на другую, достаточно было бы перечислить в одной Мишне все вещества, добавляющие жар, — либо здесь, либо в трактате Шабат, а во второй Мишне упомянуть только одно такое вещество и вывести из другой Мишны, что тот же закон относится и к остальным веществам, добавляющим жар.

Но, — сказал Рава, — там,

в трактате Шабат,

причина, по которой не сказано “камни”, состоит в том, что они разбивают горшок».

На самом деле одна Мишна не указывает на другую. Причина, по которой там не упомянуты камни, заключается в том, что камни разбивают горшок, и вообще не принято укрывать в них; поэтому таннай не приводит этот случай. Иное дело — овечья шерсть и полосы багряной шерсти: хотя обычно в них не укрывают, иногда всё же так делают, поэтому таннай упоминает этот случай.

А

«здесь причина, по которой не сказано “песок”, состоит в том, что горячему он добавляет жар, а холодному сохраняет холод».

Здесь таннай не упомянул песок, поскольку если положить горячий предмет в песок, песок добавляет ему жар, но если положить в песок холодный предмет, песок не добавляет ему жар, а, наоборот, сохраняет его холод.

Поэтому там, где речь идёт об укрывании горшка и обычно укрывают горячий горшок, запрещено укрывать в песке, поскольку горячему предмету песок добавляет жар. Но здесь, где речь идёт о том, чтобы положить песок рядом с межой и нет ничего, что нагревало бы песок, песок не добавляет жар и не портит стену.

Однако Гемара возражает:

«Но ведь Раби Ошайя учил: “песок”!

Ведь Раби Ошайя в своей Тосефте перечислил песок среди веществ, упомянутых в нашей Мишне, от которых необходимо отдаляться; однако, согласно Раве, от песка отдаляться не требуется»!?

Гемара отвечает:

«Там — речь идёт о влаге».

Раби Ошайя включил песок в число веществ, упомянутых в первой части нашей Мишны, от которых следует отдаляться из-за сырости; он говорит о влажном песке. Но от сухого песка не требуется отдаляться, поскольку он добавляет жар.

Однако Гемара спрашивает:

«Но и наш таннай мог бы упомянуть песок и установить, что речь идёт о влажном песке!?

Почему таннай нашей Мишны также не упомянул влажный песок среди веществ, от которых в первой части требуется отдалиться?

Гемара отвечает:

«Он уже упомянул водный канал».

Ведь в первой части Мишны уже сказано о водном канале, и тот же закон относится к влажному песку.

Гемара спрашивает:

«Разве он не упомянул водный канал, а затем не упомянул

также

прачечный бассейн!?»

Разве он не упомянул водный канал и вдобавок также прачечный бассейн, хотя это подобно водному каналу, поскольку в обоих случаях речь идёт о вреде от влаги воды? Если так, снова возникает вопрос: почему он не упомянул также влажный песок?

Гемара отвечает:

«Оба эти упоминания необходимы»,

то есть необходимо упомянуть и водный канал, и прачечный бассейн, поскольку одно нельзя вывести из другого.

«Ведь если бы он упомянул

только

водный канал,

я бы сказал, что отдаляться следует только от него

из-за того, что он постоянен. Но от прачечного бассейна, который не постоянен, можно было бы подумать, что отдаляться не нужно».

Если бы таннай упомянул только водный канал, я бы сказал, что поскольку он постоянен и всё время находится в поле, от него необходимо отдаляться: он портит стену влагой воды, просачивающейся из него к стене. Но прачечный бассейн не находится там постоянно, и, возможно, от него не требуется отдаляться, поскольку он не так сильно портит стену. Поэтому необходимо было упомянуть также прачечный бассейн.

«А если бы он упомянул только прачечный бассейн, я бы сказал: это потому, что вода в нём собирается и стоит; но водный канал — нет, поэтому это упоминание необходимо».

Если бы таннай упомянул только прачечный бассейн, я бы сказал, что вода в нём собирается в одном месте и всё время там стоит, поэтому портит стену. Но в водном канале вода течёт и не стоит в одном месте, поскольку это текущая родниковая вода; возможно, она не так сильно портит стену и от неё не требуется отдаляться. Поэтому таннай должен был упомянуть и водный канал, и прачечный бассейн.

Мы учили в Мишне:

«Отдаляются от семян и от плуга и т. д.»:

Гемара возражает:

«Семена»!? Разве нельзя вывести это из закона о плуге!

Почему Мишне необходимо сказать, что от стены следует отдаляться и при посеве? Ведь всегда перед посевом сначала пашут, а значит, от стены уже следует отдалиться до посева из-за вреда, причиняемого плугом.

Гемара отвечает:

«При посеве бросанием рукой».

Существует способ посева, при котором землю слегка вспахивают, не углубляясь на обычную глубину плуга, а затем бросают туда семена рукой. В таком случае отдаляться из-за плуга не требуется, и отдаление необходимо только из-за вреда, причиняемого семенами.

Гемара продолжает возражать:

«Плуг»!? Разве нельзя вывести это из закона о семенах,

то есть почему таннай должен был сказать, что следует отдаляться от плуга? Ведь пашут для того, чтобы затем посеять, а значит, от стены всё равно следует отдалиться из-за семян.

Гемара отвечает:

«При вспашке для деревьев».

Речь идёт о вспашке вокруг уже находившихся там деревьев — для нужд деревьев, а не с целью посева.

Гемара возражает:

«Разве нельзя вывести это из закона о воде?

Зачем было упоминать семена? Ведь после посева их необходимо поливать, а значит, следует отдалиться из-за воды, которую туда выливают, как в случае водного канала и тому подобных мест.

Гемара отвечает:

«Таннай находился в Земле Израиля. Ведь написано: “водою небесного дождя будешь ты пить воду”».

Таннай, составивший эту Мишну, находился в Земле Израиля, где не требуется поливать посевы, поскольку дождь орошает их. Поэтому он должен был сказать, что следует отдаляться из-за семян.