Бава Батра 161a — Талмуд с русским переводом

Но

исправление делает его недействительным.

Если из него вычеркнули одно или несколько слов и вместо них написали другие слова, этот документ недействителен,

даже если исправление заверено,

то есть в конце документа писец указал исправление и написал над ним, что исправление является «надёжным и действительным», но, несмотря на это, документ недействителен — по следующей причине.

И когда сказали: «исправление делает его недействительным»,

это относится только к случаю, когда исправление было

на месте

где могло быть написано

«надёжный и действительный»

, то есть уже в конце документа,

и размером с

«надёжный и действительный»

: исправление занимает по меньшей мере место, на котором можно было бы написать «надёжный и действительный». Поэтому следует опасаться, что он стёр написанное там «надёжный и действительный», чтобы получить возможность написать вместо него что угодно, а затем снова написать «надёжный и действительный» и заверить исправление. Поэтому документ недействителен.

Итак, нельзя стереть «надёжный и действительный», что-либо добавить после него, а затем снова написать в продолжении документа «надёжный и действительный», поскольку тогда документ станет недействительным из-за исправления.

Рами бар Хама снова спросил Рава Хисду:

А согласно мнению рабби Ирмии бар Аббы, который говорит,

что свидетели подписывают мехукар

с обратной стороны написанного, напротив написанного с внешней стороны,

— согласно его мнению, в конце документа не нужно писать «надёжный и действительный», поскольку свидетели, подписавшие с обратной стороны, сами заверяют написанное напротив их подписей с внутренней стороны: подпись заверяет строку, написанную на другой стороне, и невозможно добавить что-либо к документу за подписями свидетелей с внешней стороны. Если так,

не следует ли опасаться, что он напишет с внутренней стороны всё, что пожелает,

то есть что заимодавец всё же добавит в документ строки,

а с внешней стороны привлечёт дополнительных свидетелей,

то есть подпишет с внешней стороны ещё поддельных свидетелей,

и скажет: «Я сделал это лишь для увеличения числа свидетелей!»

Ведь хотя для мехукар достаточно трёх свидетелей, я добавил к ним ещё свидетелей, чтобы предать дело огласке!

Сказал ему

Рав Хисда:

Неужели ты полагаешь,

что, согласно рабби Ирмии бар Аббе,

свидетели подписывают в порядке следования строк,

то есть подписывают в соответствии с порядком написания документа: если документ написан горизонтально, то и они подписывают его с внешней стороны горизонтально, одна подпись под другой?

Не так. А именно:

свидетели

подписывают снизу вверх.

Например, если документ написан горизонтально, свидетели подписывают его с внешней стороны вертикально, вдоль сложенного документа, от конца документа к его началу. Поэтому невозможно добавить в документ новые строки, поскольку добавленные строки оказались бы ниже подписей свидетелей на другой стороне.

И Гемара обсуждает:

Но не следует ли опасаться, что в последней строке окажется порочащая оговорка,

то есть что в последней строке будет написано нечто невыгодное владельцу документа,

и он отрежет её,

то есть отрежет

последнюю строку,

и вместе с ней отрежет «Реувен»,

то есть, хотя при этом он отрежет также имя свидетеля, подписавшего с другой стороны снизу вверх, — например, если там было написано: «Реувен, сын Яакова, свидетель», он отрежет и слово «Реувен»,

и документ станет пригодным

даже

с

одними словами «сын Яакова, свидетель»

!?

Ибо учили мы:

в трактате Гитин [87б]: если на документе подписано

«сын такого-то человека, свидетель»,

он действителен.

Несмотря на то что свидетель не написал своего имени!?

И Гемара отвечает:

поскольку написано,

что свидетель должен подписываться в мехукар именно следующим образом:

«Реувен, сын»

в одной строке,

то есть слово «сын» должно находиться под словом «Реувен» [и тогда оба они соответствуют одной и той же строке документа, находящейся с другой стороны],

а

«Яаков, свидетель»

над ним.

Над ними, дальше, по направлению к началу документа, должно быть написано «Яаков, свидетель». Поэтому, если он отрежет последнюю строку, останутся только слова «Яаков, свидетель».

И Гемара возражает:

Но не следует ли опасаться, что он отрежет

действительно

«Реувен, сын»

в последней строке

,

и документ станет пригодным с

«Яаков, свидетель»,

так что мы ошибочно решим, будто Яаков и есть сам свидетель!?

Ибо учили мы

там: если подписано

«такой-то человек, свидетель»,

он действителен,

хотя имя его отца не написано!

И Гемара отвечает:

не написано

«свидетель».

Поскольку в мехукар не пишут «свидетель», а пишут только имя такого-то и имя его отца. Следовательно, если он отрежет «Реувен, сын», останется только «Яаков», а этого недостаточно для действительности подписи.

А если хочешь, скажи: на самом деле написано

«свидетель»,

в мехукар можно писать «свидетель», однако всё же нет опасения, что он отрежет «Реувен, сын» и останется только «Яаков, свидетель». Поскольку

мы знаем, что эта подпись,