Авода Зара 54a — Талмуд с русским переводом

Сказал Хизкия: каков стих?,

откуда следует, что жертвенник состоит из множества камней, а его устранение достигается разрушением большей части?

Сказал пророк Йешаяу [27]: «Поэтому этим будет искуплена вина Яакова...

когда он превратит все камни жертвенника

сделанного для служения идолам]

в камни известняка, разбитые на куски; не восстанут ашеры и солнечные идолы

чтобы не возводили для них ашеры и солнечных идолов]».

И истолковываем это так:

если они станут камнями известняка, разбитыми на куски,

то есть если их действительно разобьют подобно известняку,

не восстанут ашеры и солнечные идолы,

то есть на нем не будут приносить жертвы.

А если не

разобьют их —

восстанут.

И отсюда следует, что жертвенник построен из множества камней, а его устранение состоит в том, чтобы разбить их.

Выше мы учили [в главе «Все изображения»], что всякая вещь, которой поклонялись и перед которой преклонялись, например животное, мука или вино, запрещена для принесения в жертву Всевышнему. И даже если нееврей отменил предназначение этой вещи как идола и тем самым разрешил ее для обычного употребления, она все же остается запрещенной для принесения в жертву. Также выше мы учили: поскольку человек не может запретить вещь, ему не принадлежащую, тот, кто преклонился перед животным своего товарища, не запрещает его для получения пользы как «использованное в идолопоклонстве».

Теперь Гемара приводит барайту, в которой сказано, что вещь не запрещается даже для принесения в жертву.

Учил таннай: использованное в идолопоклонстве,

если оно

принадлежит ему,

запрещено

для принесения в жертву.

А

если оно

принадлежит его товарищу, разрешено,

поскольку человек не может запретить вещь, которая ему не принадлежит.

И возражают ему

другой барайтой, противоречащей этому.

Ибо учили в барайте:

что является использованным в идолопоклонстве? —

всякая вещь, которой поклоняются — как по ошибке, так и намеренно, как по принуждению, так и добровольно,

и запрещено приносить ее в жертву.

И следует выяснить:

что означает «принуждение

в барайте» —

каков это случай,

то есть каким образом служение было совершено по принуждению?

Разве не

например,

если он принудил животное своего товарища и преклонился перед ним?!

Получается, что, согласно этой барайте, для законов принесения в жертву запрещается даже вещь, которой поклонялся человек, служивший не принадлежащему ему предмету?

И отвечают:

сказал Рами бар Хама: нет!

Таково не объяснение барайты. Принуждение, о котором говорится в барайте, означает

например, что неевреи принудили его, и

он, еврей,

преклонился перед своим собственным животным,

то есть перед принадлежащим ему; только в таком случае животное запрещается.

Новизна барайты состоит в том, что, несмотря на то что он был принужден к своему служению [как будет разъяснено], животное все же запрещается как «использованное в идолопоклонстве». Однако это относится к случаю, когда животное принадлежит ему; животное же его товарища он не может запретить даже тогда, когда преклоняется перед ним добровольно.

Возразил ему рабби Зейра:

как можно поставить барайту в случае человека, которого «принудили» служить животному? Ведь

«принужденного»,

то есть подвергшегося принуждению,

Тора освободила от ответственности!

Тора освободила его от всякой смертной казни и всякого наказания, поскольку он совершил проступок не добровольно и не по своему решению,

как написано

[Дварим, 22] в разделе о девушке, обрученной с мужчиной и подвергшейся насилию:

«А девушке не делай ничего,

у девушки нет греха, достойного смерти. Ибо как если человек восстанет против своего ближнего и убьет его, так и в этом случае».

Из этого [76] — из того, что Тора освободила ее от наказания, — рабби Зейра заключает, что Тора тем самым раскрыла: всякое действие, совершенное под принуждением, считается как будто вовсе не совершенным. Поэтому и тот, кто по принуждению преклонился перед животным, считается как будто вовсе не служил идолу; следовательно, животное не запрещается и на него не распространяются законы «использованного в идолопоклонстве».

И отвечают: поскольку существуют случаи, когда человек обязан отдать душу, чтобы не служить идолу, как будет разъяснено, а он не отдал за это душу, то, хотя он не будет наказан и, без всякого сомнения, освобожден от наказания, тем не менее, поскольку он не отдал душу, как ему было велено, он считается «служащим идолу» и своим преклонением запретил животное.

Но сказал Рава: все,

и тот, кто служит по принуждению, и тот, кто служит добровольно,

входили в число

тех, кого Тора запретила словами

«не служите им».

Все заповеди Торы, относящиеся к идолопоклонству, сформулированы без оговорок, и Тора не разделяет того, кто служит добровольно, и того, кого принуждают служить, угрожая убить его, если он этого не сделает,

но когда Писание особо указало

[Ваикра, 18]: «И соблюдайте установления Мои и законы Мои, исполняя которые человек

будет жить ими»,

мы истолковываем это так: соблюдение заповедей Торы предназначено для того, чтобы жить ими,

а не умереть из-за них —

исключен случай принуждения

из общей обязанности соблюдать заповеди, чтобы человек не «умер из-за них»; следовательно, на первый взгляд, ему разрешено служить идолу под принуждением, чтобы не быть убитым.

Но,

с другой стороны,

затем Тора снова написала

[там же, 22]:

«И не оскверняйте Имя святости Моей,

и освящусь среди сынов Израиля», — это учит Писание,

что даже под принуждением

ему не разрешено совершать действие, влекущее осквернение Имени Всевышнего, например служить идолу.

Как же это понимать,

как согласовать противоречие между двумя стихами: один говорит, что человек не обязан отдать душу, а второй — что обязан отдать душу? —

Первый

стих, из которого выводят, что он не обязан, говорит о нарушении, совершаемом

тайно,

когда это не приводит к осквернению Имени Всевышнего.

А второй,

стих, говорящий, что он обязан, относится к нарушению, совершаемому

публично,

то есть в присутствии десяти евреев. Если он поступает так, то, даже находясь под принуждением, оскверняет Имя Всевышнего поэтому там сказано: «и освящусь среди сынов Израиля»].

Во всяком случае, хотя публично он обязан отдать себя на смерть и не служить идолу, если он все же служил, наказание ему не полагается вовсе. Именно о таком случае барайта говорит, что животное запрещается: поскольку он служил ему, животное получает статус «использованного в идолопоклонстве» и из-за этого запрещается для принесения в жертву Всевышнему.

Сказали мудрецы Раве: есть барайта,

в которой мы учили

подтверждающую твои слова,

что в результате такого служения устанавливается статус «использованного в идолопоклонстве», несмотря на то что человек был принужден.

Ибо учили в барайте:

бимосии неевреев

на которых постоянно устанавливают идолов, а не только во время прохода царя; они запрещены как принадлежности идолопоклонства]

во время гонений,

то есть во время гонений, когда неевреи издали для Израиля указ служить идолам,

даже если указ был отменен, эти бимосии не были отменены,

и остались запрещенными для получения пользы.

Время указа — это время гонений, которое имеет статус публичного нарушения; тогда человек обязан отдать душу. Из барайты следует, в соответствии с мнением Равы, что бимосии остаются запрещенными, несмотря на то что идолам служили по принуждению.

Сказал им

Рава, обращаясь к мудрецам:

если основание — это,

если вы приводите эту барайту,

она не подтверждает ваши слова,

не приводите ее мне в качестве доказательства, поскольку из нее нельзя сделать такой вывод: возможно, бимосии запрещены по следующей причине:

предположим,

что среди всех евреев, на которых был наложен этот указ,

был еврей-вероотступник [

другая версия:

отступник ]

— был

среди них,

и

он действительно

служил ей,

то есть служил идолу,

добровольно.

И именно из-за него эти бимосии были запрещены.

Рав Аши сказал: не говори,

не следует говорить:

«предположим»,

то есть что это всего лишь опасение: возможно, среди них был вероотступник;

но «несомненно, среди них был еврей-вероотступник»

— был

и служил ей добровольно.

Увидев, что положение Израиля ухудшается и они находятся в униженном и подавленном состоянии, он склоняется в сердце своем к идолопоклонству.

До сих пор Гемара объясняла барайту согласно объяснению Рами бар Хамы: речь идет о человеке, которого принудили преклониться перед его собственным животным.

Теперь Гемара приводит еще одно объяснение: барайта действительно говорит о случае, когда неевреи его не принуждали, а он принудил животное своего товарища; тем не менее это не противоречит другой барайте, в которой мы учили, что человек не может запретить вещь, ему не принадлежащую. Это верно тогда, когда он только преклонился перед ней и не совершил действия с телом животного своего товарища. Но если он совершил действие с животным своего товарища, он запретил его, несмотря на то что оно ему не принадлежит; именно о таком случае барайта говорит: «как по принуждению».

Хизкия сказал: например, если он возлил вино во имя идола на

версия Баха:

между]

его рогами.

И возражают:

возразил Рав Ада бар Ахава:

хотя верно, что человек может запретить не принадлежащую ему вещь посредством действия, объяснение Хизкии все же не подходит. Ведь разве

это — использованное в идолопоклонстве?!

Если он возлил вино во имя идола между рогами животного, а само животное идолом не является, разве от этого животное становится «использованным в идолопоклонстве»? Ведь животному не поклонялись! Это всего лишь

это,

то есть такой способ, —

просто бимос, и оно разрешено

версия Баха:

поскольку сделали его]:

животное лишь служит «возвышением» для идола, а живые существа не запрещаются как «принадлежности идолопоклонства» .

И отвечают:

но сказал Рав Ада бар Ахава:

действительно, речь идет о служении самому животному,

например, если он возлил на него вино между его рогами

и сделал его идолом; а поскольку

он совершил с ним действие,

животное запрещается, несмотря на то что принадлежит его товарищу.

Именно в таком случае вторая барайта запрещает животное. Если же он не совершил с ним действия, например только преклонился перед ним или совершил другое служение, не затрагивающее его тела, животное не запрещается, поскольку оно ему не принадлежит.

Теперь Гемара переходит к объяснению сказанного: человек может запретить не принадлежащую ему вещь посредством действия.

И разве это

не подобно высказыванию

Улы,

сказанному им по прибытии из Земли Израиля:

сказал

от имени

рабби Йоханана: хотя сказали

мудрецы:

тот, кто преклонился перед животным своего товарища, не запретил его,

тем не менее, если

совершил с ним действие,

запретил его.

Сказал им Рав Нахман

своим товарищам:

идите

— выйдите

и скажите Уле: «Твое высказывание уже истолковал Рав Гуна

здесь,

в Вавилоне».

Ибо Рав Гуна сказал: если животное его товарища лежало

само по себе

перед идолом, то, как только

он перерезал у него один из признаков,

то есть трахею или пищевод, во имя идола, —

запретил его,

хотя животное ему не принадлежит.

И разъясняют:

откуда мы знаем,

то есть

что он запретил его

посредством совершения действия?

Если скажешь,

то есть если предположить, что выведем это

из

того, что были запрещены

коэны,

которых цари Израиля принуждали стать жрецами идолопоклонства, и из-за этого коэны были запрещены, как сказал пророк Йехезкель [44]: «И не приблизятся ко Мне, чтобы служить Мне», — поскольку они совершили действие, несмотря на то что коэны не называются собственностью царей , —

И возражают: каково доказательство?

Но, быть может,

можно сказать так:

коэны отличаются от других,

поэтому им запретили, поскольку

они были людьми, обладавшими разумом,

и должны были отдать свою жизнь, но не служить идолопоклонству; поэтому мудрецы подвергли их наказанию. И откуда отсюда следует, что запрещена даже скотина, принесённая в жертву тому, кто не был её владельцем?

Но если так,

то если ты хочешь вывести, что предмет становится запрещённым вследствие действия,

из камней жертвенника,

которые цари династии Хасмонеев спрятали, поскольку греческие цари осквернили их идолопоклонством, как мы учили выше [52б], — несмотря на то что греческие цари не могли сделать их запрещёнными, поскольку они им не принадлежали, всё же, поскольку с ними было совершено действие, мудрецы того поколения объявили их запрещёнными и спрятали их.

И возражают: каково доказательство?

Но, быть может, как

сказал

Рав Папа

там: они нашли стих, свидетельствующий об этом, — стих, сказанный [Йехезкель, 7]: «И вошли в него разбойники и осквернили его». Поскольку разбойники вошли и осквернили Святилище, они лишили его сосуды святости, и их приобрели неевреи, поскольку те были оставлены без владельца, а значит, они не являются «вещью, которая ему не принадлежит»?