Бава Кама 8a — Талмуд с русским переводом

А если у него были только земли

лучшего и худшего качества

, а земли среднего качества у него не было, то

потерпевшие

взыскивают

из земель лучшего качества

, как им положено,

а кредитор и женщина, требующая выплаты по כתובה

взыскивают

из земель худшего качества.

Женщина взыскивает по כתובה как ей положено, тогда как кредитор, поскольку по Торе ему положено взыскивать из земель худшего качества, а мудрецы постановили, чтобы он взыскивал из земель среднего качества лишь ради того, чтобы не закрыть дверь перед заёмщиками, — если у причинившего ущерб нет земель среднего качества, мудрецы ничего для него не постановили, и он взыскивает так, как ему положено по Торе.

Теперь Рав Шмуэль бар Абба объясняет своё возражение из барайты:

Ведь сказано, по крайней мере, в середине

: среди законов, приведённых в барайте, в середине сказано следующее: если у него были

земли среднего и худшего качества

, то

потерпевшие и кредитор

взыскивают

из земель среднего качества, а женщина, требующая выплаты по כתובה, — из земель худшего качества.

Если ты скажешь: «Оценивают по меркам всего мира», понятно, почему считается, что у этого человека есть земля среднего качества и кредитор взыскивает из неё: ведь земля среднего качества определяется по отношению к землям всего мира.

Но

однако

если ты скажешь: «Оценивают по его землям»

, непонятно, почему она считается землёй среднего качества. Ведь среди его полей нет поля лучше неё. Если так,

его земля среднего качества должна считаться землёй лучшего качества

— наилучшей, и получится, что у него есть земли лучшего и худшего качества, а взыскивать из земли лучшего качества будут только потерпевшие,

а кредитор будет отослан к

земе

худшего качества.

Ведь кредитору не положено взыскивать из земель лучшего качества. И если всё же в барайте разъясняется, что кредитор также взыскивает из земель среднего качества, это доказывает, что «оценивают по меркам всего мира», а не так, как сказал рабби Абба: «Оценивают по его землям».

Гемара отвечает и отводит доказательство из барайты:

Всегда можно сказать: «Оценивают по его землям». Но

о чём здесь идёт речь

— здесь говорится

о случае, когда у него была земля лучшего качества, а он её продал.

То есть во время займа у должника была ещё одна, более качественная земля, поэтому эта земля в то время считалась лишь землёй среднего качества, и именно тогда она уже стала залогом кредитора. Поэтому кредитор имеет право взыскивать из неё и теперь, несмотря на то, что теперь у должника уже нет поля лучше неё.

Так же сказал Рав Хисда

для разрешения вопроса: речь идёт

о случае, когда у него была земля лучшего качества, а он её продал.

Гемара пытается доказать, что именно так следует поставить барайту, поскольку в противном случае между барайтами возникнет противоречие:

И это также представляется наиболее вероятным

: то, что мы поставили случай, когда у него была земля лучшего качества, а он её продал, представляется вероятным ещё и по другой причине,

поскольку сказано

в другой

барайте

: если у него были только земли

среднего и худшего качества

и не было земли лучшего качества, то закон таков: выплаты

потерпевшим

взыскиваются

из земли среднего качества, а кредитор и женщина, требующая выплаты по כתובה,

взыскивают

из земли худшего качества.

Но

противоречат

эти

барайты друг другу

: эта барайта, согласно которой кредитор в таком случае взыскивает из земли худшего качества, противоречит предыдущей барайте, согласно которой кредитор в таком случае взыскивает из земли среднего качества.

Но разве не следует отсюда

, что между барайтами следует провести различие:

здесь

речь идёт

о случае, когда у него была земля лучшего качества, а он её продал

, и поэтому кредитор взыскивает из земли среднего качества, поскольку она уже стала его залогом во время займа.

А здесь

, во второй барайте, речь идёт

о случае, когда у него не было земли лучшего качества и он её не продавал.

А эта земля среднего качества, являющаяся лучшей из его владений, считается землёй лучшего качества, поскольку все согласны, что «оценивают по его землям». Поэтому кредитор взыскивает из земли худшего качества, а не из неё.

Гемара продолжает и иным образом разрешает противоречие между барайтами, так что доказательства всё равно нет:

Или, если хочешь, скажи

: можно поставить барайты так, что

и это и это —

в обеих барайтах речь идёт

о случае, когда у него не было земли лучшего качества и он её не продавал

, и, согласно всем мнениям, «оценивают по меркам всего мира».

И нет противоречия

между барайтами.

Ибо

эта

барайте, согласно которой кредитору положено взыскивать из земли худшего качества, говорит о случае,

когда его земля среднего качества подобна земле лучшего качества по общепринятым меркам

. Его земля среднего качества была равноценна по значимости земле лучшего качества у остальных людей, поэтому её закон подобен закону земли лучшего качества, и кредитор не имеет права взыскивать из неё, а отсылается к земле худшего качества.

А здесь

, в барайте, согласно которой кредитор взыскивает из земли среднего качества, речь идёт о случае,

когда его земля среднего качества не подобна

земле лучшего качества по общепринятым меркам

: его земля среднего качества была по своей значимости подобна лишь земле среднего качества у остальных людей, а не земле лучшего качества, и поэтому кредитор имеет право взыскивать из неё.

Гемара приводит ещё один способ разрешить противоречие между барайтами:

Или, если хочешь, скажи

: можно поставить барайты так, что

и это и это —

в обеих барайтах речь идёт

о случае, когда его земля среднего качества

была

подобна земле среднего качества по общепринятым меркам

, и также в обеих барайтах не идёт речь о случае, когда у него была земля лучшего качества и он её продал.

А здесь они разошлись во мнениях

: в этом разошлись барайты:

один считает: оценивают по его землям

— барайта, согласно которой кредитору положено взыскивать из земли худшего качества, считает, что «оценивают по его землям». И поскольку эта земля среднего качества не была лучше неё, она считается землёй лучшего качества, а кредитор отсылается к земле худшего качества.

А другой считает: оценивают по меркам всего мира

— барайта, согласно которой кредитор взыскивает из земли среднего качества, считает, что «оценивают по меркам всего мира». Поэтому его земля среднего качества, подобная земле среднего качества у остальных людей, считается землёй среднего качества, и кредитор взыскивает из неё, как ему положено.

Гемара приводит ещё один ответ на противоречие между барайтами:

Равина сказал:

эти

барайты расходятся во мнении относительно слов Улы

: они разошлись во мнении относительно того, что сказал Ула.

Ибо Ула сказал: по закону Торы кредитору

положено взыскивать

из земли худшего качества. Как сказано

о человеке, одолжившем деньги своему товарищу и пришедшем взыскать с него долг:

«Снаружи стой, а человек, которому ты ссудил, вынесет тебе залог

— залог; если заёмщик не выплатит свой долг, кредитор взыщет долг из залога,

наружу».

Получается, что Тора предоставила заёмщику возможность погасить долг по своему желанию. Ведь

что обычно человек выносит наружу

для погашения долга? Следует сказать:

худшее из своих сосудов!

Самое дешёвое и худшее. Так же и при погашении долга землёй он обычно отдаёт землю худшего качества. Отсюда следует, что по Торе кредитор взыскивает из земли худшего качества. Однако мудрецы постановили, чтобы он взыскивал из земли среднего качества.

И почему же сказали

— постановили мудрецы, — что

кредитору положено взыскивать из земли среднего качества?

Чтобы не закрыть дверь перед заёмщиками

: если бы кредиторы получали от заёмщиков землю худшего качества, они воздерживались бы от ссуды своих денег, и дверь кредиторов перед заёмщиками была бы закрыта.

Именно в этом расходятся барайты:

Один

— таннай в барайте, согласно которой кредитору положено взыскивать из земли среднего качества,

признаёт постановление Улы

: он согласен с Улой, что мудрецы постановили для кредитора взыскание из земли среднего качества.

А другой

— таннай в барайте, согласно которой кредитору положено взыскивать из земли худшего качества,

не признаёт постановление Улы

: он не согласен с Улой, а считает, что кредитор взыскивает из земли худшего качества, как ему положено по Торе. Гемара приводит ещё одну барайту, рассматривающую порядок взыскания из заложенных земель:

Мудрецы учили:

если на человеке лежали три обязательства: выплаты за причинённый ущерб, выплата долга кредитору и выплата женщине по כתובה, а во владении у него были все три вида земель — лучшего, среднего и худшего качества, — и он продал свои земли, то если он

продал

все свои земли

одному

человеку

или

продал их

троим людям одновременно

, в один день, и все три купчихи были составлены в один день, так что ни у кого из них нет преимущественного права перед другим,

все

— все покупатели —

вступили на место владельца.

То есть их закон таков же, как закон владельца: тот, кто приобрёл землю лучшего качества, выплатит из неё потерпевшему; тот, кто приобрёл землю среднего качества, выплатит из неё кредитору; а приобретший землю худшего качества выплатит из неё женщине по כתובה.

Но если он продал их троим людям

одному за другим

, каждую землю в другой день,

все

— все кредиторы, потерпевший, кредитор и его разведённая жена —

взыскивают

свои долги

с

покупателя, приобретшего землю

последним

, даже если находящаяся у него земля является землёй худшего качества. Ведь первые покупатели могут отослать истцов, сказав: «Я оставил тебе место [землю], из которого можно взыскать у продавца»!

Дело в том, что из заложенного имущества [находящегося уже у покупателя] не взыскивают, если имеются свободные имущества [находящиеся у владельца], даже если оставшиеся имущества являются землями худшего качества; поэтому истец-потерпевший, которому положено взыскивать из земли лучшего качества, взыскивает только из них.

И поскольку в момент, когда первые покупатели приобрели землю, у продавца ещё оставалась другая земля, получается, что основное право взыскания распространялось на эту землю, и это право взыскания сохраняется, даже если в конце концов эта земля была продана.

А если

у того

покупателя, который приобрёл последним, нет возможности выплатить всем троим,

взыскивают с предшествующего ему

: истцы дополняют своё взыскание у покупателя, приобретшего землю раньше него. А если

нет

такой возможности

и у него

выплатить весь долг,

взыскивают с предшествующего ему

: истцы дополняют своё взыскание у первого покупателя. В таком случае покупатели уже не могут сказать: «Я оставил место», поскольку земли, которую они оставили для взыскания, недостаточно для взыскания всех долгов. Гемара спрашивает: то, что мы учили в барайте, — что если он

продал их

одному

человеку

, покупатель вступил на место владельца, —

о каком случае идёт речь?

При каких обстоятельствах это сказано?

Если скажешь, что речь идёт об одновременном приобретении

, то есть что покупатель приобрёл их вместе, одной покупкой [по одной купчей], возникает вопрос: это очевидно! Ведь

теперь, если речь идёт о трёх [покупателях], когда можно сказать, что один из них приобрёл раньше

, если он продал их троим людям в один день, и хотя их покупки происходили в разное время — один утром, а другой вечером, — и первый покупатель, по-видимому, мог бы сказать: «Я оставил вам возможность взыскать [с другого имущества]», но поскольку в купчей не видно, кто приобрёл первым,

ты говоришь, что все они вступили на место прежнего владельца

, поскольку считается, что все они приобрели имущество одновременно,

если же он продал их

одному

человеку по одной купчей, тем более

— разве нужно это говорить?! Ведь очевидно, что, поскольку он приобрёл их вместе, ни на одно поле не возложено большее обременение, чем на другое, и потому каждый взыскивает в соответствии со своим правом.

Но очевидно

, что речь идёт и о случае, когда он продал их одному человеку в течение трёх дней

одно за другим

, каждое поле — в другой день,

и

тогда возникает вопрос:

чем отличается

случай, когда он продал

троим

одно за другим,

так что каждый из них может сказать ему

: каждый из первых покупателей может сказать истцу:

«Я оставил тебе возможность взыскать с него!»

Поэтому, если последний приобрёл зибурит, даже потерпевший взыскивает из неё.

Итак,

здесь также

— если тот, кто приобрёл всё одно за другим, приобрёл зибурит последней,

каждый из них может сказать ему

, то есть сказать каждому из истцов:

«Я оставил тебе возможность взыскать с него!»

И тогда все взыщут из зибурит, которую он приобрёл последней. Почему же мы говорим, что этот человек вступил на место прежнего владельца и каждый взыскивает в соответствии со своим правом?

Гемара отвечает:

Здесь о чём идёт речь? Например, если он приобрёл участок идит последним

, то есть в барайте рассматривается случай, когда он приобрёл участок идит последним. Поэтому он не может сказать истцам: «Я оставил вам возможность взыскать с него», поскольку тогда все взыщут с участка идит.

И так же сказал Рав Шешет

, объясняя это тем, что речь идёт

о случае, когда он приобрёл участок идит последним

. Гемара возражает против этого ответа:

Если так

, то почему же каждый действительно взыскивает в соответствии со своим правом?

Пусть все они придут и взыщут с участка идит

— пусть все они [в том числе кредитор и женщина] придут и возьмут с участка идит, ведь именно он остался последним свободным имуществом, и потому на него должно распространяться правило об их взыскании!?

Гемара отвечает: причина, по которой все не взыскивают с него,

в том, что он говорит им

, то есть покупатель говорит истцам:

«Если вы промолчите и возьмёте каждый то, что ему полагается по закону, вы это получите»

. Если вы промолчите [откажетесь от требования взыскать именно с идит] и каждый возьмёт то, что ему полагается по закону, вы можете это получить,

но

если

нет

, то есть если вы продолжите требовать идит, тогда

«я верну купчую на зибурит её владельцу»

— я верну продавцу купчую о приобретении зибурит, и благодаря этому у продавца останется свободная земля,

«а вы все взыщете из зибурит»

— тогда все вы взыщете из этой зибурит, поскольку нельзя взыскивать с обременённого имущества, если имеется свободное имущество.

Гемара возражает: